Скимминг. ИСЧОП (SQ3R). ЗХУ(KWL). ВОСУ(SOAR)

Цели и задачи книги

Кто-то посчитает, что я опоздал с постановкой цели и задач, но мне показалось важным сначала снабдить читателя некоторым объемом теории, а уже после этого переходить к практическим манипуляциям с текстом. Любопытен тот факт, что манипулировать мы начинаем после того, как сформулировали образ требовательного читателя. Следующие за ним три раздела — это своего рода уточнение и раскрытие загадочного процесса “нечтения”.

Спасибо, что последовали рекомендации и “перепрыгнули” к этой части. Мы обязательно вернемся к пропущенному, но только после того, как изучим “технические” особенности принципов работы с текстом и три в чем-то похожих подхода к работе с информацией. Начиная с этого момента, книга из развлекательно-просветительской превращается в практическо-образовательную. Практичность будет проявляться в необходимости выполнять некоторые действия с идеями, выраженными в этой книге. Действия, которые могут показаться в некотором роде вандализмом.

Я очень прошу читателя не испытывать стеснения от необходимости делать записи на полях и пустых страницах книги, они для этого и существуют, чтобы дать возможность читателю “поговорить” со мной. Материал в книге организован специально, чтобы спроектировать читательский опыт. Идея заключается в том, чтобы помочь взаимодействию с текстом и делать это максимально “эффективно”. Я убежден, что если выполнять все, что спроектировал, то к финальным главам книги, сможете:

  1. Строить гипотезы и проверять их.
  2. Общаться с автором.
  3. Картировать полученное знание.

А начнем мы с базового навыка работы с текстом, скимминга.

Скимминг

За годы практики у меня сложилось представление, подтвержденное некоторым опытом, что для продуктивного общения с автором, общения, при котором мы с какой-то вероятностью начинаем говорить на одном языке и оперировать в одинаковых категориях, скорочтение, активно продвигаемое гуру, плохо подходит. Если не сказать, что не подходит вообще.

Не имеет значения, сколько книг прочитано за неделю, месяц или год. На мой взгляд, важно, какую роль книги сыграли в жизни читателя. Как изменилось поведение после прочитанного, какие практики вошли в жизнь или покинули ее. Скорочтение – это про “потребление” контента. Какой бы скоростью ни было, она всегда будет много выше, чем способность мозга воспринимать информацию. Отсюда рождается тезис: скорочтение вредно для думающего человека, потому что процесс размышления над прочитанным сложный и медленный, трудно настраиваемый и не всегда воспроизводимый.

В подтверждение этой мысли позвольте привести слова Ханса Йергена Ульдалла, одного из основных деятелей Копенгагенского лингвистического кружка:

[!quote] Х.Й. Ульдалл

Мышление — это как танцы лошадей: оно редко встречается в жизни и играет примерно такую же роль в жизни людей. Ему надо специально учиться, и даже те, кто прошёл хорошую школу мышления, не всегда, проделав это два или три раза, могут повторить в четвёртый1.

Скимминг – это не скорочтение, как может показаться в самом начале практики. Это про умение думать и размышлять над прочитанным, предугадывать логику автора, выбирать то, что важно в моменте, и исследовать это “важное” в деталях. Смысл скимминга в сопряжении мыслительных и аналитических процессов2. Скиммить книгу – это выбирать, что прочесть, куда направить ограниченное внимание и силы. Так получается, что автор обычно сопровождает свою мысль большим объемом лишней или не требующей детального изучения информации, скимминг превращает чтение текста в процесс избирательного “нечтения”.

Человеческий мозг – самый совершенный механизм прогнозирования. Он строит планы и гипотезы независимо от того, осознает ли это человек или нет. Мы постоянно предполагаем, проверяем, корректируем действия, если что-то не соответствует изначальному предположению. Приведу простой пример: утро, мы выглянули в окно, на улице солнце, которое приятно согревает лицо. Мы предполагаем, что на улице тепло. Выходим, а там ветер, который мы не смогли распознать, потому что в нашем дворе нет деревьев. Возвращаемся и одеваемся по погоде. Этот же принцип работает и с избирательным “нечтением”: чем активнее используем, тем увереннее строим гипотезы, и тем очевиднее, что “убийца – садовник”.

Способность видеть наперед, на несколько абзацев или даже глав, является наиболее очевидным навыком, который развивает практика скимминга. Увереннее предугадываешь возможный ход размышлений автора. Вместо умозаключений строишь гипотезу и проверяешь, делаешь логические выводы, которые опираются на лексику и структуру предложений. Чем больше строишь и проверяешь, тем лучше получается. Приведу немного необычный, но показательный пример.

ВАЖНОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Если вам не нравится культура компьютерных игр, прочитайте последние два абзаца следующего подраздела.

Кратос

Было время, когда я очень много сил посвящал компьютерным играм. Бессонные ночи в World of Warcraft, бесконечные “последние катки” в World of Tanks. Слава Богу, этот жизненный этап остался в прошлом, однако, как любой зависимый, а это самая настоящая зависимость, я не излечился, а лишь ограничил свой доступ к “цифровым кайфам”. Да, я зависим от компьютерных игр, люблю побегать за Джоэла или Элли в “Одни из нас”, исследовать заброшенные руины, управляя Нейтоном Дрейком в “Анчартед”, ну и что греха таить, похулигать за Тревора в “ГТА 5”3. Но речь сейчас пойдет о Боге войны, Кратосе, и о том, как играла моя дочь, а не я.

В новом дополнении Кратос попадает в Вальгаллу по приглашению Тюра и с ним же вынужден сразиться в конце. Победа над Тюром не заканчивает дополнение, а дает новый сюжетный виток, в конце которого Кратоса ждет очередная битва с уже заметно более сильным Тюром, и так четыре раза подряд. Ключевая идея сюжетной линии написана в письме, которое Тюр отправил Кратосу:

“Кратос из Спарты! Я предлагаю тебе состязание. Сквозь былое пройди в грядущее. Справься с Вальгаллой, справься с собой.”

Наблюдая за игрой дочери, как она завершила два сюжетных витка, слушая диалоги игровых персонажей, я высказал предположение, что Кратос в конце дополнения будет биться не с Тюром, а с самим собой. На что дочь, удивленно спрашивает: играл ли я или смотрел видео, как играют другие. Я ответил, абсолютно честно, что нет, но все к этой развязке идет.

Через день она подходит и говорит, что я был не совсем прав, но суть предсказал верно. Последний противник был все тот же Тюр, но за закрытой дверью, которую он охранял, в тронной зале, нас ждал молодой Кратос, который размышлял про жизнь и про принятие себя. “Как ты об этом узнал?” спрашивает она.

Действительно, как? Вслушиваясь, краем уха, во внутриигровые диалоги, я вспомнил, что читал у античных философов, Платона, Аристотеля. Какие выводы извлек из трудов Марка Аврелия, Сенеки и Эпиктета. И картинка сложилась. Каждый из них в той или иной мере рассуждали о принятии себя, диссоциации “Я” и поступков. “Познай себя”, “не отождествляй себя со своими действиями”, “прими смерть”, “катастрофизируй” и еще много сложных концепций, смысл которых, честно признаться, я не понимаю в полной мере. Кратос, Тюр и другие персонажи дополнения говорили словами древних философов, и мой мозг моментально связал их с трудами по философии. Я практически безошибочно угадал сюжетную развязку.

Скимминг – это “нечтение”, а мышление с опорой на то, что мозг успел зафиксировать. Трюк, если угодно, чтобы подтолкнуть читателя к активной работе с текстом.

Циклический текст

Я заметил феномен, о котором пойдет речь ниже, достаточно давно, однако впервые встретился с описанием процесса у Мортимера Адлера в “Как читать книги”4. В книге он выделил несколько уровней чтения. На самом верхнем уровне он разместил скимминг. Это не чтение по диагонали, не поверхностное чтение, также скимминг не является пролистыванием книги. По его мнению, скимминг — это попытка исследовать книгу без необходимости углубляться в мелкие детали. С большинством книг так и стоит поступать. Редкая книга достойна пристального внимания читателя. Скимминг дает представление читателю о том, о чем книга в целом, а не отдельно взятое предложение, помогает распознать структуру книги и понять, из каких частей она состоит.

А если говорить в масштабе, скимминг позволяет относительно быстро подобрать материал при погружении в новую область, понять, какая ценность имеется в каждом источнике. Скимминг является инструментом оперативной переработки информации и определения тех областей, где требуется более вдумчивая работа.

Начиная с этого момента и до раздела “декомпозиция идеи”, мы будем практиковать этот навык в каждой главе. Но прежде немного теории: Адлер выделяет шесть этапов скимминга, о которых я расскажу далее и предложу свой сценарий, добавив один весьма любопытный элемент.

Первое, что Адлер предлагает сделать — это посмотреть на заголовок, подзаголовок и предисловие книги. Прочесть их быстро. Содержание предисловия и подзаголовок самой книги даст приблизительное представление о проблеме, которую пытается решить автор на страницах книги. Я предлагаю дополнительно к предисловию изучить заключение или финальную главу книги. Если в предисловии автор раскрывает суть проблемы, то в заключении предложит возможное решение.

Вторым этапом нам следует изучить содержание. Это необходимо, чтобы понять структуру книги. Условно это карта, маршрут, по которому писатель планирует провести читателя. Наименование глав также важно, как и их содержание. Наши соотечественники Генриетта Граник, Лилия Концева и Стелла Бондаренко в совместной работе “Как учить работать с книгой”5 выразили мысль, что заголовок главы или раздела является дверью, через которую читатель начинает взаимодействие с текстом. Поняв заголовок, значительно легче понять, о чем пойдет речь в главе. Многие авторы вкладывают значительные ресурсы, размышляя над тем, как назвать тот или иной раздел.

Однако в наш быстрый, цифровой век этой практикой часто пренебрегают, а издатели могут не обратить на это внимание. Например, в моей первой книге “От Энигмы до ChatGPT”, в первой ревизии черновика убрали все подзаголовки, оставив лишь названия трех больших разделов. Я попросил вернуть в оглавление подглавы. Мне важно, чтобы читатель, ознакомившись с оглавлением, принял для себя решение уже на этом этапе, нужно ли ему читать или нет. Тщательно составленное содержание — это уважение к своему читателю.

Третий необходимый шаг — работа с предметным указателем. К сожалению, составить предметный указатель — это дорого, обычно требует дополнительных страниц в книге. В целом этот указатель не несет большого смысла, потому что мало кто умеет с ним работать. А между тем это еще один инструмент, который помогает лучше понять содержание книги, идеи, о которых рассказывает автор, и указывает на место, где в книге можно изучить это явление.

Расскажу небольшой пример из своей практики. В 2020-2021 я проводил встречи в сообществе по управлению знаниями Zettelkasten_RU6. На эти встречи приходили эксперты разных областей и просто интересные люди, спектр тем был максимально широкий, от музыки до семейной истории, от игры в го и математики до письменных практик. Подготовка к обстоятельному двухчасовому разговору требовала, чтобы я изучил предметную область, экспертиза которой имеется у гостя. И мне достаточно часто приходилось работать с профессиональной литературой, в которой составители размещали предметные указатели. Скажу больше, часто темы разговора с гостями рождались из моей работы с указателем.

Процесс работы с указателем выглядел следующим образом: я открывал указатель и внимательно читал понятия, включенные в него, отмечал, какие встречаются чаще остальных, находил любопытные, отмечал все, что могло несло потенциальную пользу слушателям. Ну а дальше дело техники, переходил на страницы, читал и записывал вопросы, которые возникали у меня. Они и ложились в основу дискуссии.

Только после того, как мы изучили заголовок и подзаголовок книги, оглавление и предметный указатель, Адлер предлагает прочесть аннотацию к книге. Многие читатели уделяют аннотации лишь поверхностное внимание, думая, что это некая форма рекламы автора. Это ошибочное мнение, конечно, аннотация составляется автором вместе с PR-отделом издателя, но часто аннотация — это обобщенное содержание работы. Аннотация не менее важная часть книги, чем оглавление. Если при прочтении аннотации возникает ощущение, что автор “хвастается”, что содержание книги может быть не таким интересным, как показалось по заголовку в первый момент, или возникает ощущение, что автор поверхностно проработал тему, то скорее всего, так оно и есть. Первые четыре этапа уже сформировали представление о содержании, проблеме, структуре и том, как автор предлагает решить проблему, аннотация будет завершающим кирпичиком в фундаменте, который читатель заложил в будущую работу с материалом.

Следующие два шага — наиболее сложные и трудно выполнимые хорошим читателем, но понятные и логичные требовательному читателю. Хороший читатель не способен понять, что все написанное в книге читать необязательно. Автор часто “добирает объем”, любит порассуждать на пространные темы, использует не относящиеся к делу примеры. На пятом этапе имеет смысл вернуться к оглавлению, прочесть его еще раз и отметить, какие главы представляют наибольший интерес.

Не обязательно начинать с первой главы и изучать материал последовательно. Можно и нужно внимательно слушать внутренний, читательский голос, обращать внимание на то, что возбуждает интерес, кажется применимым на практике или вызывает эмоцию. Могу поспорить, что подглава “Лицемерие школы, уродующее читательский потенциал”, вызвало эмоцию, а подглава “Стань библиотекарем” возбудило любопытство. Если появилась эмоция, интерес или кажется практичным, это сигнал, что начинать можно с этих глав. Есть еще один секрет: бывает так, что автор в конце главы пишет небольшое обобщение всего раздела, можно прочесть его и понять, интересно ли почитать о том, что написано в главе с большей детализацией или нет.

Ну и последний шаг — читаем то, что мы определили для себя интересным. Адлер предлагает сделать это по следующему сценарию: прочесть абзац или два, если понравилось, прочесть несколько страниц раздела. Я же смотрю на это иначе, читать следует все что вызвало интерес. Делаем это следующим образом, читаем первые и последние два (одно) предложения абзаца, при переходе от первого до последнего “захватываем” взглядом первые два слова каждого предложения между.

Дело в том, что большинство нехудожественных книг написано в циклической манере. Это когда в начале проблема, в конце решение, а в середине — детали, примеры, цифры, таблицы, графики, размышления, в общем, все то, что мы можем подумать самостоятельно, если поймем основную идею, о которой говорит автор.

В предисловии автор формулирует проблему, а в заключении предлагает решение. В первом абзаце главы раскрывается суть того, о чем пойдет речь в главе, в последнем абзаце — вывод. В первом предложении или двух каждого абзаца формулируется ключевой тезис, в последнем предложении абзаца или двух — следствие или результат.

Но бывает и так, что в первом предложении абзаца не понятно, о чем идет речь, а в последнем не ясно, о чем вообще говорил автор на протяжении последних пятидесяти слов. Скорее всего, потому что автор в этом фрагменте лил воду “как с горы”, выражаясь терминологией моих учеников. В любом случае, чтобы убедиться, что это именно так, можно использовать трюк, переходить от первого предложения абзаца к последнему, “захватывая” взглядом пару первых слов каждого предложения. Это называется “сканировать” текст, у нас этому навыку посвящена одна из глав книги.

На чтение заголовка, предисловия, заключения, оглавления, аннотации и выбранных глав требуется от пятнадцати минут до часа. Среднего размера книга, двести – триста страниц, перебирается, с достаточной для понимания, о чем она, и ее ценности для читателя за пару часов. После чего предстоит сложная и системная работа по извлечению ценных идей, которая лучшим образом проходит, если к ней соответственно подготовиться.

[!activity] Практика
Вернитесь к началу этого раздела. Вы его уже прочитали. Возьмите в руки цветовыделитель, прочтите снова, отметив начало, конец абзаца. Попробуйте прочесть только этот текст. Получилось понять суть? Если да, то что поняли? Если нет, то почему вам это не удалось? Сделайте запись. Пишите как думаете, не подбирайте слова.

[!NOTE] Место под запись
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.

ИСЧОП (SQ3R)

SQ3R является одной из немногих методик подготовки читателя к работе с информацией, любопытна она тем, что ее эффективность имеет научное обоснование. Группа индонезийских ученых, о чьем исследовании вы еще прочитаете в главе «Научное обоснование подготовки к чтению», провела ряд экспериментов. Результаты, полученные в ходе использования методики учениками младших классов, подтвердили гипотезу ученых. Подготовка к чтению позволяет значительно глубже разобраться в тексте.

Суть методики кроется в пяти ключевых действиях: исследуй, спрашивай, читай, обобщай и повторяй. Мы рассмотрим каждый аспект и попробуем практически применить на страницах этой книги. Надеюсь, читатель помнит мою просьбу не стесняться делать записи на полях и в специально отведенных местах.

Исследуй (Survey)

Исследование книги можно сравнить с предварительным осмотром пациента в больнице, который необходим для наиболее эффективного лечения. Так и с книгой, прежде чем стучаться об стену текста, необходимо изучить места потенциального расположения ценности в монолите букв, слов и предложений.

Исследование книги – это наблюдение за книгой, её происхождением и анатомический анализ её составляющих. Исследовать – это узнать предварительно свою книгу, подсмотреть за идеями, которые выражает автор, возможно полистать какие-то главы и страницы. Все это в том или ином виде исследованием.

Несколькими абзацами выше я рассказывал про один из этапов скимминга, который предлагает использовать Мортимер Адлер: чтение заголовка и подзаголовка. Это дает первичное представление о цели, которую преследует автор в тексте. Осмелюсь предложить вернуться вместе со мной к главе «Загадочная роль требовательного чтеца» и посмотреть на нее с точки зрения исследователя. В этой главе впервые появился подзаголовок:

[!title] Загадочная роль требовательного чтеца
Подзаголовок: СЛОЖНЫЙ ПУТЬ К ОСМЫСЛЕННОЙ РАБОТЕ С ИНФОРМАЦИЕЙ

[!activity] Сделайте запись того, как вы думаете, о чем может быть глава.
Вы скорее всего его прочитали, но тем не менее попробуйте не перечитывая вспомнить и сформулировать, а внизу я напишу свою задумку
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.

Когда я подошел к роли требовательного читателя, мне было достаточно тяжело в двух предложениях описать, кто это. Сложность описания крылась не в том, что требовательный читатель делает что-то иначе, чем просто хороший, а как раз наоборот. Он многих вещей не делает, но самое главное он «нечитает», в отличие от хорошего читателя. Этот раздел стал естественным продолжением моего желания продемонстрировать, что процесс чтения, механический и в какой-то мере рутинный, менее важен, чем последующая работа с информацией.

Как вы думаете, что следует делать после ознакомления с заголовком и подзаголовком? Что об этом писал Мортимер Адлер?

[!activity] Какой второй шаг предлагает сделать Адлер? Запишите ответ
.
.
.

Прочесть предисловие. Я предложил этим не ограничиваться и прочесть заключение. Так как изучаемая глава относительно небольшая, чуть больше четырех тысяч слов, то нет необходимости в предисловии и заключении, но есть трюк, который поможет понять проблему и возможное решение. Прочтите первый и последний абзацы.

[!activity] Какую проблему я решал и какое возможное решение предположил в главе про требовательного читателя?
.
.
.
.

Если вы выполнили этапы, которые я предложил вам выполнить, то, скорее всего, вы уже сделали некоторый вывод. Попробуйте сравнить его с тем, что я задумывал реализовать в этой главе. Я предпринял попытку рассказать, как осуществить переход от бессознательного “потребления” к осмысленному размышлению над прочитанным.

[!activity] Как можно исследовать главу глубже? Запишите ответ.

.
.

Верно, прочитать оглавление книги или, как в нашем случае, подглавы, из которых состоит глава. Они выглядят так:

[!NOTE] Оглавление

  • Чтение с ручкой в руках
  • Лицемерие школы, уродующее читательский потенциал
  • Отравление тяжелыми металлами
  • НЕчтение требовательного читателя
  • Путь от неумения читать к требовательному чтению
  • Паутинка идей
  • Стань библиотекарем
  • С высоты птичьего полета

Стало ли понятнее, о чем пойдет речь? Попробуйте сформулировать ваше мнение о разделе в целом.

[!activity] О чем может быть раздел? Запишите, что думаете, не подбирая слова
.
.

На этом этапе мы уже можем понять, “наша” это книга или “не наша”, или стоит ли читать тот или иной раздел книги. Предварительное исследование экономит ограниченные ресурсы. Это позволяет не тратить силы на чтение ненужной и скучной литературы, не вызывающей отклика у требовательного читателя.

Однако это далеко не завершающий этап. После изучения заголовков и подзаголовков, предисловия, заключения и оглавления, мы наконец-то можем прочесть аннотацию, которую я составил для раздела, описывающего роль требовательного читателя:

[!NOTE] Аннотация
В этом разделе вы найдете множество идей о том, кто такой требовательный читатель и чем он отличается от просто хорошего читателя. Узнаете, как можно избежать информационного отравления, и что при этом играет роль Древний Рим. Совсем по-иному взгляните на процесс словарного обогащения. Получите маршрутную карту от чтения всего подряд до “нечтения” или крайне избирательного чтения.

После этих действий у нас появилось некоторое представление о том, что мы будем изучать. Если нам что-то откликается в ходе предварительного исследования книги, кажется интересным или практичным, то этого уже достаточно, чтобы уделить силы изучению. Тем не менее, я бы предупредил от бездумного чтения. Прежде чем “нырнуть” в поток букв и слов, нам нужно разобраться, какая польза от этого будет. Иными словами, мы начинаем читать книгу, главу или статью, чтобы что?

Question (Спрашивай)

Формулирование вопросов, наверное, наиболее противоречивый и непонятный этап во всей стратегии ИСЧОП, именно на этом этапе отсеивается большая часть книг. Правильно сформулированный вопрос помогает в поиске нужной информации и решении проблемы. Однако часто читатель игнорирует эту простую технику, потому что она кажется слишком сложной и, местами, надуманной.

Тем не менее, существуют относительно простые способы формулирования вопросов к тексту. Первый способ – задать прямой вопрос к интересующему разделу. Попробуем задать три прямых вопроса к подглавам, написанным выше:

  1. Каким образом школа уродует читательский потенциал?
  2. Какие этапы проходит чтец на пути к требовательному чтению?
  3. Что значит стать библиотекарем?

Следующее, что можно сделать – это использовать заведомо подготовленные шаблоны вопросов. На мой взгляд, лучшие универсальные вопросы раскрывает стратегия ЗХУ: Знать, Хотеть узнать, Узнать. В контексте примера это может выглядеть так:

  1. Что я уже знаю о роли читателя?
  2. Что я хочу узнать о роли требовательного читателя? Почему меня это интересует?
  3. Как это знание может быть полезным в ежедневной деятельности?

Ответы можно найти, быстро просмотрев главу. Согласен, что для более глубокого погружения в материал, одного просмотра недостаточно. Для этого требуется анализ, но понять, где скрывается ценность, мы сможем относительно быстро и без сложностей.

Read (Читай)

Чтение разнится по своим целям. В главе “Чтение. Как нужно читать и как можно не читать, но при этом становиться умным”, я рассказал о трёх целях чтения: развлекательной, просветительской и прикладной. Если вы последовали моему совету и перешли сразу к этой главе, то можете вернуться и прочитать её, а можете поверить мне на слово и сделать это после того, как закончите знакомство с техниками, о которых рассказываю в этом разделе.

У вас, наверное, уже сложилось представление, что чтение – это сложная интеллектуальная деятельность. У меня есть убеждение, что любое действие должно быть эффективным, насколько это возможно, даже развлечение. Я не просто так утверждал, что чтение без ручки в руках – это пустая трата времени. Нам рано или поздно придётся вернуться к тексту, поэтому при чтении его необходимо размечать, чтобы знать, на что обращать внимание в первую очередь, когда возникнет необходимость вернуться к прочитанному.

Чтение с ручкой в руках требует от читателя мудрого компромисса: не выделять все подряд и отмечать столько, сколько нужно. Чувство баланса, когда выделенного достаточно, чтобы вспомнить ключевую идею и восстановить контекст, в котором она показалась значимой, позволяет избежать перегрузки лишним текстом.

Не существует универсальных правил эффективных выделений в тексте, или мне не удалось их найти. Конечно, можно сказать, что необходимо отмечать главную мысль, подкрепляя её второстепенными, но остаётся важный вопрос: какая мысль является главной? А второй вопрос: не изменится ли она со временем вместе с приоритетами читателя? Скорее всего, так и произойдёт. То, что когда-то было главным, станет второстепенным с переходом от одного жизненного этапа к другому.

За годы практики я выработал относительно простой механизм разметки книг. Как говорилось, мне не удалось выявить закономерность в том, как выявлять главную мысль, поэтому я придумал незамысловатую механику: удивление, эмоция, польза.

Более детально мы обсудим эти три категории, когда будем разбираться со стратегией ВОСУ (Выделяй, Организовывай, Связывай, Управляй). А пока достаточно следовать простому правилу: читаем с ручкой в руках, выделяем всё, что показалось интересным, любопытным или практичным. Однако спешу предостеречь: в случае с недостаточным выделением информация будет непонятна, а в случае с избыточным её будет трудно найти. С опытом “нечтения” появится чувство баланса, при котором будет интуитивно понятно, что, зачем и в каком объёме выделять.

Recite (Обобщение)

Повторение того, что было сделано, возможно, является наилучшим способом описания действий читателя на данном этапе. Научные публикации, посвященные стратегии SQ3R, почти единогласно советуют: «Напишите краткое резюме прочитанного.» Однако, я придерживаюсь другого мнения. Простое обобщение — вредная практика, путь к накоплению чужого знания. Вместо того чтобы становиться архивариусом, я предлагаю стать соавтором. Позаимствовать идею и сделать ее своей.

К сожалению, объяснить, как «красть» чужие идеи, в рамках этой скромной книги невозможно; я могу лишь показать небольшой пример того, как это делаю я.

Записывать обобщение прочитанного крайне важно и необходимо, и в этом никто не сомневается. Однако записывать резюме идей, выраженных в книге, — не самая эффективная трата ресурсов. Это путь в никуда, повторение уже сказанного автором. Целесообразно записывать собственный опыт, переживания и мысли, которые возникали во время чтения, и уже их дополнять идеями автора той книги, которую вы читаете, завершая обобщение небольшой инструкцией для себя.

Для наглядности я попробую продемонстрировать, как я вижу этот процесс, на примере чего-то простого, но не очень очевидного. Практика “две минуты ничего не делать”. Ее описал Максим Дорофеев в своей второй книге “Путь Джедая”. Многим она кажется либо непонятной, либо излишней, либо и тем, и другим. Я считаю, что в ней есть определенная ценность. Перечитывая главу 6.1.9, я выделил следующие мысли:

[!NOTE] Ключевая мысль:
«Попробуйте поставить таймер на две минуты и, пока он не прозвенит, просто сидите и не делайте ничего.» (Дорофеев, стр. 189) «Эта практика нужна для того, чтобы приучить себя к спокойному состоянию.» (Дорофеев, стр. 190)

Ключевая мысль не передает полной ценности практики. Продолжаю просматривать текст и нахожу второстепенные мысли, которые подчеркивают потенциальную пользу:

[!NOTE] Второстепенная мысль:
«Один из важных навыков на пути к успокоению ума — научиться (именно научиться через тренировки и практику) «не отвергать и не цепляться» за возникающую в голове мысль, чтобы она не порождала следующую.» (Дорофеев, стр. 191)

[!NOTE] Второстепенная мысль:
«Эта практика помогает нам приучить себя (вы же помните, что просто знать что-то недостаточно для изменения поведения) не реагировать на все мысли подряд действиями и мыслями и, вместо того чтобы следовать за разлетающимся роем неопределенностей, который неизбежно ведет в облако бесполезной активности, учим себя «сворачивать» мысль в ничто, прежде чем она взбесится в голове и истощит все мыслительные ресурсы.» (Дорофеев, стр. 192)

Мы можем обобщить три вышеуказанные мысли в одном предложении: Практика “две минуты ничего не делать” может привести к следующим результатам: мы приучим себя к спокойному состоянию, научимся не цепляться за мысли и не реагировать на раздражители.

Такое обобщение, хотя и относительно точное, не укоренится в памяти, потому что мы быстро его забудем. Это произойдет из-за отсутствия персональной ценности. Чужие слова, написанные для очень широкой аудитории, которые я просто сжал до одного предложения.

К обобщению, в котором отсутствует личная польза, мы редко возвращаемся, однако это легко исправить. У хорошего обобщения есть структура, и проще всего она выражается в трех вопросах: что, с кем, как. Добавив к ним «я» и желаемый результат, получаем качественно обобщенный материал.

Любая практика или задача становится значимой, если начинать не с абстрактного «команде выгодно…», а с «мне важно научиться чему-то, потому что это поможет в…» Любое обобщение начинается с личного опыта, продолжается техникой и инструкциями самому себе, что, когда и как делать, а заканчивается небольшим разделом для описания личного опыта.

Последнее несет в себе функцию повторения, о которой мы поговорим немного позднее. Если бы я обобщал ключевую и второстепенные мысли, описывающие практику «две минуты ничего не делать», то оно выглядело бы следующим образом:

[!NOTE] ЗАМЕТКА: Две минуты ничего не делаем

  • В книге Дорофеева имеется практика «две минуты ничего не делать».
    • Мне кажется, что эта практика пришла из какой-то школы медитации.
    • 5000 часов медитации, которые я накопил, по идее должны были прошить мой мозг на все положительные эффекты, следующие из выполнения этой практики, но, возможно, я что-то упустил, а может и разучился.
    • Попробуем еще раз.
  • Что делаем?
    • Каждое утро, перед тем как начать работать с идеями, заводим таймер на две минуты и закрываем глаза (а может и не закрываем), начинаем работать только по сигналу.
    • Результаты:
      • Буду более спокойным. Если что-то начнет волновать, повторить. Где бы ни был.
      • Мысли, которых миллион, перестанут нервировать.
      • Всякие люди, которые от меня что-то желают, будут меньше раздражать.
  • Опыт: это место для описания результата практики, скажем через неделю.
    • .

Review (Повторение)

Наиболее важный этап, которому часто не уделяют достаточно внимания, — это повторный просмотр своих записей. Дело в том, что в ряде исследований ученые утверждают: именно в момент повторного контакта с материалом мы понимаем его лучше, и он становится еще более значимым и прикладным.

Работа с идеей начинается не в момент, когда она написана. Как правило, первый черновик плох, недостаточно детален, в нем не хватает личного опыта, мы не понимаем ценности той идеи, которую записали, и как будто связали с прошлым знанием. Пересмотр записей и повторное размышление над ними помогает не только улучшить понимание идеи, но и найти новым идеям место и роль в личной системе координат.

Кеннет Кивра сделал предположение8, что именно в момент повторного обращения к записям мы начинаем их понимать глубже. По его мнению, для того чтобы написать что-то, требуется ресурс, что в принципе является правдой. Как это выглядит на практике: когда мы прочитали что-то значимое и позднее вернулись, чтобы сделать запись, мы сначала декомпозируем идею, думаем о том, насколько она важна для нас, и перефразируем её. А когда мы к ней повторно возвращаемся, перечитываем, то сравниваем с тем, что сделали ранее, вплетаем личный опыт, описываем результаты применения. Идея таким образом становится более значимой и прикладной.

Практика, практика, практика

Для закрепления изученного, на мой взгляд нет ничего лучшего чем небольшая практика того, что мы изучили выше. Для этого мы с вами вернемся к главе “Чтение. Как нужно читать и как можно не читать, но при этом становиться умным” и прочитаем два оставшихся подраздела: “читательская воронка” и “предел ‘впихуемости’ воронки”. В обоих разделах подсвечены строки и текст, которые желательно прочесть в соответствии с тем как я представляю себе скимминг. Перед каждым подразделом появились секции, в которых предлагается сформулировать вопросы, на которые, читатель предполагает найти ответы, а в конце точно такие-же секции для короткого обобщения прочитанного. Не торопитесь с выполнением задания. Это та часть в которой я предлагаю не спешить. Следуйте тем инструкциям, которые написаны перед каждым заданием.

Возвращаемся к незаконченному разделу.

ЗХУ (KWL)

Вы, наверное, заметили, что стратегия ИСЧОП использует книгу как объект исследования. Начинаем с заголовка и подзаголовка, заканчиваем небольшим обобщением прочитанного. ЗХУ несколько отличается от ИСЧОП. Там, где ИСЧОП ставит книгу в центр исследования, ЗХУ предпочитает исследовать человека, читателя. Стратегия начинается с вопроса, что читатель знает о теме книги, продолжается вопросом, что хочет узнать, и заканчивается тем, что узнал.

Основной фокус стратегии на персональных изменениях, на том, что и как прочитанное изменило в читателе. Что мы поняли из прочитанного, а что ещё предстоит понять. Применение стратегии ЗХУ требует, чтобы чтец, при использовании учитывал ключевой принцип, заложенный в свой фундамент, что понять – это не узнать. Если читатель рассматривает любой текст как набор определённого числа фактов, то он смотрит не в том направлении. Аккумулирование фактов – это коллекционирование ответов на вопросы, которые начинаются со слова «что», в то время как читателю следует брать прицел выше. Вместо поиска ответа на вопрос «что», я бы предложил искать ответ на вопрос «почему» или «зачем». Прекрасной иллюстрацией разницы между «что» и «почему» послужит история выдающегося физика Ричарда Фейнмана.

Фейнман и карта кошки

Ричард Фейнман, физик, нобелевский лауреат, при жизни был практиком и хулиганом. Любимым учителем своих учеников и вечным студентом. Каждый год он выбирал университет, где проводил лето, чтобы изучить что-то новое. Про один из таких периодов в его жизни и будет следующий рассказ. Фейнман решил, что ему было бы интересно разобраться в биологии, выбрал университет, обратился на кафедру, его приняли и закрепили за группой студентов четвёртого курса.

Перед первым занятием студенты с потока пригласили его показать кое-что новое. В лаборатории под микроскопом находились какие-то растения, и можно было увидеть, как в клетках растения хлоропласты выделяют сахар, вернее глюкозу, делая это путём вращения внутри клетки. Студенты, открывшие это явление, возбуждённо обсуждали, как они вращаются, в то время как Фейнман думал совсем о другом, не о том, почему они вращаются, тут как раз всё просто. Хлоропласты вращаются в зависимости от освещения: при слабом они располагаются вдоль стенок клеток, перпендикулярно падению света, что позволяет максимизировать поглощение. При сильном хлоропласты перемещаются к боковым стенкам, минимизируя поглощение. Само движение контролируется сложной сетью сигнальных путей. Всё это не очень сложно узнать, а сейчас даже увидеть самому, однако Фейнман не был бы собой, если бы не спросил глупый вопрос: «Как они вращаются? Какая сила двигает их?»

На это последовало задумчивое молчание и удивлённые взгляды. Факт вращения хлоропластов в клетке растения имеет мало общего с пониманием того, почему, а главное, как они это делают. Этим же летом Фейнман решил изучить строение кошки, делал он это с той же группой студентов. Он пришёл в библиотеку и попросил «карту кошки», сначала библиотекарь не очень понял, а потом догадался, что неопытный студент искал анатомический справочник кошки. Изучение которого Фейнман посвятил совсем немного сил и времени. Когда наступил его очередь демонстрировать на кафедре исследование, он начал с того, что нарисовал кошку, приступил к обозначению различных групп мышц. В какой-то момент один из студентов группы, в которой он был, выкрикнул: «Мы это всё знаем!» На что Фейнман несколько язвительно ответил: «Да? Знаете, говорите? Тогда понятно, почему мне не составило труда ‘догнать’ вас всех по программе, несмотря на то, что вы на четвёртом курсе, а я только приехал».

Студенты университета, впустую расходуют силы и время на запоминание миллиона фактов, сортировку и конспектирование информации, которую можно найти за пятнадцать минут. Фейнман в своей практики придерживался иного взгляда, гораздо более важно понять фундаментальные принципы, которые стоят за тем или иным феноменом. А чтобы это сделать, нужен живой, любопытный мозг. Мозг, который во вращающейся тарелке способен разглядеть квантовую электродинамику. Понимание – это сплав фактов, творчества и немного хулиганства.

Технологии двадцать первого века открывают ещё больше возможностей для поиска, хранения и организации информации. Любой факт можно узнать не за пятнадцать минут, а за пятнадцать секунд. Постоянно растущий информационный поток, развитие нейронных сетей, больших языковых моделей, делает бессмысленным сбор и аккумуляцию фактов. Вместо этого, мне кажется гораздо более разумным направить силы и время на поиск ответа на вопрос «почему» или «зачем». Стратегия ЗХУ именно про этой, про “зачем” мне что-то узнавать и “почему” мне это важно.

Что я знаю? (Know)

Всякая новая тема в школе должна начинаться с повторения пройденного материала. Научное определение этого процесса — активизация прошлого знания. В условиях класса или аудитории это можно делать различными способами, однако, на мой взгляд, наиболее удачным является задать простой вопрос. В своей практике я использую более или менее стандартную серию вопросов: что мы проходили на прошлом занятии? Что вы поняли? Кто мне поможет вспомнить, о чем мы в прошлый раз рассуждали? Я забыл, что мы делали, напомните, пожалуйста.

Тем не менее, смею предположить, что большинство тех, кто держит эту книгу в руках, уже закончили школу и высшее учебное заведение, кроме нас самих ждать помощи неоткуда, и тут, как мне кажется, имеет смысл кое-что объяснить. Очень часто мы забываем, что живем в бурном информационном потоке, и то, о чем я говорю на страницах этой книги, кем-то, где-то, когда-то уже было сказано. Скорее всего, не единожды. Это утверждение справедливо для любого текста и любого типа информации: звука, изображения или разговора на кухне.

Получение знаний, изучение чего-то нового — это процесс постоянной трансформации кем-то произведенных данных в информацию, информации в знание, знания в смысл. Превращение одного в другое не происходит в вакууме. Текст представляет определенные данные, которые мы делаем значимыми, связываем с тем, что мы уже знаем, и эта связь нового со старым наделяет процесс изучения чего-то смыслом.

Именно поэтому так важно формулировать вопросы перед изучением чего-то нового, чтобы трансформация происходила максимально динамично, увлекательно и с наибольшей пользой. В случае с самостоятельной активацией прошлого знания все не так просто. Нам очень сложно задавать вопросы самому себе и подталкивать к ответам. Велик соблазн принять и признать, что не знаешь ничего, и приступить к автоматическому потреблению текста.

Что мы знаем о том, что взялись изучать? Простой, а иногда и глупый вопрос, на который не очень просто ответить. Простой, потому что очень легко признать, что ничего не знаешь, а глупый, потому что нам кажется, что то, что изучаем, максимально просто. Давайте для примера возьмем эту книгу и попробуем ответить на глупый вопрос: что значит читать?

[!activity] Что значит прочесть книгу, статью или пост в блоге?
Заведите таймер на 3 минуты и начните записывать мысли, которые возникают при размышлении на этим вопросом.
.
.
.
.
.
.
.
.

Я повторюсь, мы не находимся в информационном вакуме, наоборот, в бурном информационном потоке поэтому мы не можем совсем ничего не знать. Вы же помните про “паутинку идей”, плетение происходит когда мы к нему подготовились, а активация прошлого знания – является процессом созданием каркаса на который нанизываются новые идеи.

Для подготовки к чтению, я рекомендую использовать два простых вопроса:

  1. Что это за книга, статья, подкаст, видео?
  2. Что я уже знаю по теме материала, который раскрывается в книге, статье, подкасте, видео?

Что хочу узнать? (What I Want to Know)

Желание узнать что-то новое является серьезным препятствием в освоении новых знаний. Со школьной скамьи мы не очень привыкли к любопытству, и давайте будем честными: школьное пространство не очень способствует развитию любопытства. Так было в советской школе, так есть в российской школе, так есть практически во всех школах мира. Дети ходят в школу, потому что это поведение одобрено обществом. А родители отправляют детей в школу, чтобы те сделали что?

Кстати, это не самый простой вопрос. Могу поспорить, что ни родитель, ни ребенок не догадываются, зачем требуется ходить в школу и с какой целью вообще существует школа. У меня есть убеждение, что задача школы, помимо очевидной — выполнить социальный заказ государства, заключается в еще одной, более значимой: предоставить детям возможность попробовать себя в разных областях науки и испытать себя в разных дисциплинах. Кто-то раскроется в математике, другой — в языках, третий — в химии, а кого-то увлечет биология. Этот сложный процесс поиска сопровождается полным непониманием детьми, а часто и родителями, причин посещения школы. Что, в свою очередь, порождает недовольство, незнание, куда себя “пристроить”, и неприятие места школы в жизни.

Ведь если подумать, то детский сад и школа заполняют почти полностью первые восемнадцать лет жизни. А вопрос “что я хочу узнать” для большинства остается даже не сформулированным. Сейчас, когда мы, читающие эту книгу, уже окончили школу, университет, возможно, уже сменили несколько работодателей, а кто-то и профессий, считаем, что знаем, что хотим узнать.

Тем не менее мой опыт обучения взрослых говорит об обратном. Взрослый человек не понимает, что хочет узнать, не знает, как это сделать эффективно, а иногда считает, что знает все, что можно было узнать. Ради эксперимента напишите ответ на вопрос, касающийся этой книги. Заведите таймер на 3 минуты, как мы уже привыкли делать, возьмите в руки ручку, начните записывать ответ на вопрос “что я хочу узнать о том, как ‘нечитать’ книги?” Как закончите, переформулируйте одним предложением и перенесите в форму ниже:

[!activity] Что я хочу узнать о том, как “нечитать”, но становиться умным?
.
.
.
.
.

Цель этого этапа не просто направить внимание в определенном направлении, но еще и помочь в определении проблемы. Каждый раз, когда очередная книга попадает в поле нашего видения, что-то вынуждает нас обратить на нее внимание. В большинстве случаев это реклама, рекомендации, очередная волна “популярности” и чрезмерного успеха. Однако бывает и так, что у нас есть невыраженный запрос. Он может быть даже не сформулирован, и когда книга, в названии которой скрыта потенциальная проблема-запрос, имеющая отношение ко мне, попадается на глаза, руки сами тянутся к ней.

Этап “хотеть узнать” в подходе ЗХУ решает задачу формализации запроса.

Узнал (Learned)

Если честно, то долгое время мне было неочевидна ценность заключительного этапа в подходе ЗХУ. Я был настолько слеп, что не заметил, что делали мой сын и дочь. Если вы родитель, чей ребенок сейчас ходит в начальную школу, то поймете сразу и, возможно, успеете научить своих детей, а если ваши дети уже выросли, то вспомните про этот период их жизни.

Когда дети выходят на летние каникулы, учителя начальных классов присылают родителям список для чтения, а особенно “продвинутые” настоятельно рекомендуют проследить, чтобы ребенок завел читательский дневник, в который записывает результаты прочитанного. Обычно это сводится к дневнику в простой форме: что прочел, когда прочел, когда начал, когда закончил. Я еще не встретил учителя начальной школы, который научил бы детей делать записи в этот дневник каким-либо иным способом. Как результат, дети и родители воспринимают это как обязанность.

А во взрослом возрасте, когда мы уже сознательные, ходим на работу, несем ответственность за кого-то, нам кажется, что делать записи о прочитанном избыточное действие. Прочел, выделил интересные мысли — достаточно. Как правило, мы, взрослые, ответственные люди, прекращаем работу с книгой после того, как закончили читать. Однако окончание книги не является точкой в работе с книгой для требовательного читателя, для него это лишь начало.

Требовательный читатель не боится лишнего труда, тем более что он органично встроил эту практику в свою деятельность. Ему не сложно после окончания книги сделать небольшую запись о том, что он прочитал. Я позволю себе напомнить различие между требовательным читателем и хорошим. Когда требовательный читатель заканчивает чтение, в его распоряжении остается книга, которую он разметил цветным маркером. Он имеет представление о том, что будет делать с выделенными идеями автора. В то время как хороший читатель хватается за очередную книгу, делая это для того, чтобы увеличить словарный запас. А требовательный вместо очередной книги начинает “ковыряться в выделениях”, чтобы заложить фундамент для ситуационной модели.

Он точно знает, какие манипуляции следует проделать с выделенными фрагментами для органичного переноса из контекста автора в свой. Его не пугает объем работы, который необходимо осуществить. Для требовательного читателя это действие так же естественно, как для хорошего увеличение словарного запаса путем потребления еще большего количества слов.

Записывать и обрабатывать содержание чьих-то идей, переносить из одной ситуации в другую — это труд, часто тяжелый, сопряженный с сопротивлением. Перенос первых идей еще и не очень понятный, без наблюдаемого результата. Иногда автор добавляет тяжести. Я, например, на протяжении нескольких лет не могу закончить работать с идеями, которые нашел у Карла Поппера. У Поппера очень сложный стиль изложения и весьма тяжеловесные идеи, которые требуют другого уровня понимания того, о чем он говорит.

Тем не менее существует пара универсальных практик, которые помогут понять, что же мы узнали в результате чтения. Кто-то, наверняка, смотрел мультипликационный сериал “Южный парк”, в некоторых эпизодах Кайл заканчивает эпизод фразой “Вы знаете, сегодня я многое понял”. Я предлагаю повторить это с изученным материалом. Буквально, взять ручку и честно ответить себе на вопрос, что мы поняли после того, как закончили читать. Для этого можно пробежаться глазами по выделенным фрагментам, а в случае с этой книгой подсмотреть на те записи, которые я просил вас сделать в этом разделе. Попробуем? Продолжите предложение ниже, заведите таймер на 5 минут и начните записывать свои мысли.

[!Activity] После того, как я закончил читать разделы про скимминг, ИСЧОМ и ЗХУ, я понял …
.
.
.
.
.

Еще одним способом, который помогает по-другому взглянуть на прочитанное, является глубокая рефлексия. Это достаточно сложный навык, поэтому для простоты возьмем изолированный элемент. В моей практике сложные книги достаточно трудно прочесть за короткое время. Постоянно возникает желание попробовать ту или иную идею в действии, что, в свою очередь, помогает значительно лучше ее понять. Наверняка в результате чтения этой книги читатель что-то изменил в своем поведении и привычной деятельности. Может теперь иначе читает рабочие и школьные чаты, возможно, кто-то пошел дальше и “прочистил закладки” в браузере. Глубокая рефлексия — это размышление над собой, возникающими шаблонами поведения и деятельностью.

Она помогает ответить на вопрос “что я теперь делаю иначе?” Попробуем? Ручка, бумага, таймер. Пяти минут будет достаточно, запишите, что делаете иначе, можете начать с того, чем бы эти знания помогли в прошлом, если бы вы знали, что так можно, и продолжите в настоящем. Если ничего не изменилось, попробуйте смоделировать ситуацию, при которой вы применяете скимминг, ИСЧОП и ЗХУ.

[!Activity] Теперь я …
.
.
.
.
.
.

Вопросы для работы с текстом

Очевидно, что вопросы, которые я привел в качестве примеров к методикам ИСЧОП и ЗХУ, не единственные. Долгое время я собирал вопросы, которые помогают запустить мыслительный процесс. Требовательный читатель способен подобрать вопросы под обстоятельства. Моя рекомендация — не использовать все, а подобрать наиболее комфортные. Расскажу небольшую историю про молотки, чтобы было понятно, о чем я имею в виду.

В 2002 году я стал счастливым обладателем автомобиля Лада. Я так радовался, что буквально через месяц, на радостях, сбил гараж, который “переходил” дорогу в не положенном месте. И вот моя “ласточка” оказалась в гараже у моего друга, механика высшего разряда. Он старше меня на двадцать лет и научил нескольким важным урокам, один из которых я хочу рассказать. Любимым инструментом в его гараже всегда была и остается кувалда. У него буквально имеется кувалда, молоток и молоточек на каждый случай жизни. Чтобы выправить небольшую вмятину, выбить “закисший” суппорт из устройства колеса или просто постучать по машине. Вообще, стукнуть где надо — это ценное умение и очень хорошо оплачиваемое, вспомните притчу про Капицу.

Когда я только с ним познакомился, то спросил, зачем ему такое количество молотков, кувалд и остального “деструктивного” арсенала. Он ответил, что у него есть молотки на все случаи жизни, но пользуется он ограниченным набором: большой кувалдой, кувалдой поменьше и молотком. Этого инструментария достаточно, чтобы разобраться с любой проблемой, которая возникает в ходе ремонта автомобиля.

Чем больше мы находились в компании друг друга, тем сильнее я убеждался, что действительно, подобрав молоток под проблему, можно разобраться с чем угодно. Уважаемый требовательный читатель, я надеюсь, вы стали ближе к этой роли. Вопросы ниже — это набор молотков: они разные. Какие-то простые, другие посложнее, третьи непонятные. Я настоятельно рекомендую “поиграться”, комбинировать одно с другим и подобрать для себя набор из 3-4 вопросов-молотков, которыми будете “разбивать” любые проблемы.

Вопросы для настройки перед чтением:

  1. Как думаете, что это за книга/статья/подкаст?
  2. Что вы уже знаете по теме книги/статьи/подкаста?
  3. Что еще хотите узнать?
  4. Каким образом эта информация будет/может оказаться полезной?

Базовые вопросы:

  1. Что я только что прочитал?
  2. Как мне это может пригодиться?
  3. В чем я не согласен с автором?

Вопросы поглубже:

  1. Какую реакцию вызвало прочтение главы? Что сразу зацепило, а что потребовало больше сил?
  2. Любимая часть в прочитанном илицитата?
  3. Есть какое-то “вау” ощущение после прочтения?
  4. Восприятие чего поменялось после прочтения?
  5. Если бы у вас была возможность задать один вопрос автору книги, каким бы он был?
  6. Как принципы, описанные в этой главе, могут найти применение в жизни?
  7. На какой один вопрос удалось найти ответ после прочтения второй главы?

ВОСУ (SOAR)

[!Activity] Инструкция читателю
Уважаемый читатель, следующие два раздела: “Главное и второстепенное” и “Выделяй”, прочитай, пожалуйста не спешно и вдумчиво. В конце этих двух разделов я попрошу тебя вернуться к этому месту и перечитать еще раз, только на этот раз у тебя будет инструкция.

В ходе работы над этим разделом, самым, как мне кажется важным я заметил что методики работы с текстом ИСЧОП, ЗХУ и ВОСУ связаны друг с другом. ИСЧОП вместе с техникой скимминга создает читательскую воронку. Сито, пропустив через которое читатель выбирает на что направить внимание и силы. ЗХУ настраивает на решение проблемы, помогает в изучении, предоставляет инструменты формализации читательского запроса. ВОСУ, поднимает читателя над текстом, позволяя взглянуть на идеи с высоты, не в плоскости страницы, а в несколько иной, заглянуть в глубину идеи.

Весьма символично, что аббревиатура ВОСУ (SOAR), состоит из слов выделяй (select), организовывай (organise), связывай (associate), управляй (regulate). Soar /sɔːr/ в английском языке означает подниматься над чем-то, буквально воспарить или летать высоко в небе.

Если читателю удасться интегрировать в практику работы с информацией хотя бы несколько элементов, описанных в этой книге, то подняться, воспарить над идеями выраженными кем-то будет значительно легче. В конце-концов когда автор закончил писать книгу, он больше не имеет контроля над идеями. Они больше не принадлежат ему, сообщество читателей вольно распоряжаться идеями как считает нужным. Однако на мой взгляд именно ВОСУ, можно считать финальной точкой в работе с материалом.

В этом месте, после слов “финальной точкой в работе с материалом”, хочу напомнить читателю историю про молотки. Методики: ИСЧОП, ЗХУ, ВОСУ, не более чем набор инструментов, каждая буква – это молоток. Побольше, поменьше и совсем маленький: скимминг, вопросы, обобщение, повторение. Читателю не следует слепо следовать каждой методике, хотя они и расположены, как мне кажется в логичной последовательности. Вместо этого я предлагаю читателю пробовать инструменты из каждого набора. Выбрать молоточек, “обстучать” текст и оставить тот, с которым комфортно работать, доработать тот, с которым не очень. Предлагаю читателю собрать свою коллекцию “молотков”.

Главное и второстепенное

Эта часть книги мне кажется крайне важной для начала с двух историй. Одна про меня, другая про моих учеников в школе, обе достаточно показательные и печальные.

Мои читательские привычки достаточно специфические. Одна из них – это чтение нескольких книг одновременно. Я читаю крайне медленно, но умело. То есть, я понимаю, с какой целью эта книга находится в поле моего внимания и какую задачу планирую решить с её помощью. Даже у художественной литературы есть своя цель, но о целях чтения художественной прозы мы будем размышлять в соответствующем разделе; сейчас достаточно уточнить, что они существуют. Тем не менее, так было не всегда.

Часто я брал книгу, потому что кто-то посоветовал или она мне попалась в каком-то списке. Это приводило к бессистемному чтению, непониманию того, что является важным, а что второстепенным. Информация в книге для меня имела лишь одну ценность: прочесть, пополнить словарный запас, расширить понятийную базу и забыть. В результате выделения идей в книге не имели системного характера. Я вырывал фразы, цитаты, строки текста, не задумываясь о том, в каких ситуациях они могут пригодиться.

Выделенная идея не означает ровным счётом ничего. Набор слов, оторванных от контекста. В лучшем случае мы подчёркиваем значимую для автора, а не для нас идею; в худшем это действует как “неумелый библиотекарь”. Мы складываем всё в кучу, до чего дотягиваются руки и сознание: педагогика, бизнес, социология, философия, психология, финансы. И всё это, собранное без какого-либо понимания “ради чего”, пылится в памяти наших читателей, покрываясь все большим слоем “цифровой пыли”.

Другой, значительно более показательный пример имеет отношение к ученикам в школе. Достаточно долго у меня было убеждение, что дети не ведут конспекты, потому что ленивы и что им ничего, кроме телефонов с бесконечной лентой обновляемой социальной сети, не интересно. В этом, конечно, есть своя доля правды: детей часто и не по делу раздражают гаджеты. Но в какой-то момент мне показалось, что есть ещё один фактор: детям сложно записывать за учителем в школе и лектором в университете, потому что они не умеют этого делать.

“Выделения в книге”, как мне кажется, синонимично с “конспектированием” за кем-то. Ровно половина детей, на мой вопрос, как у них обстоят дела с записями, говорила, что у них порядок, другая половина считала, что, если запись и есть, то в ней беспорядок. Откровения детей вынудили проверить гипотезу, что дети, считающие, что в их записях порядок, на самом деле ошибаются.

У меня не было формального эксперимента, просто на уровне интуиции решил проверить, верное ли направление указывает мой интеллектуальный компас. На протяжении пары месяцев случайным образом спрашивал учеников о том, какие записи они сделали, просил полистать конспекты по разным предметам, от истории и обществознания до физики и химии. Рассматривал таблички, схемы и спрашивал, что написано, почему они решили записать именно это. Считают ли, что записали всё, что нужно, или что-то упустили и нужно дополнить. Если они отвечали, что нужно дополнить, то интересовался, как они будут это делать. Многие отвечали, что будут читать учебники и дополнять конспекты.

Читатель, наверное, догадается, что когда через неделю я брал в руки записи того ребёнка, который отвечал, что будет читать и дописывать, ничего нового в тетради не было. Я хочу напомнить, что это не было формальным экспериментом, хотя, возможно, в нём есть смысл, а полуформальное педагогическое интервью. Формальность заключалась в том, что была структура с определёнными вопросами, а неформальным оно являлось потому, что не было чёткой цели, и выборка участников была случайной, седьмые – девятые классы. Тем не менее, даже подобная работа привела к любопытным результатам.

Первый вывод: большинство детей ведёт записи линейным способом. То есть, они буквально строят стену из текста, а это не самый лучший способ организации идей. На иные способы организации мы посмотрим в разделе с визуальной аргументацией. Второй вывод, гораздо более важный: дети не делают различие между главной и второстепенной мыслью. Проверить легко, расспросить пять одинаково успешных учеников по содержанию урока. Спросить, что в общей для всех теме является главным, а что второстепенным. Дети испытывают сложность, отвечая на этот вопрос; им требуются значительные усилия, чтобы определиться с главной и второстепенной мыслями. Но самое удивительное, что ответы от ученика к ученику отличаются. Может быть, мне так “повезло”, что у школьников возникли сложности. Я решил пойти к студентам четвёртого курса.

Я попросил студентов прочитать статью на иностранном языке; они лингвисты, у них не возникает сложностей с этим, и выделить в тексте ценные мысли. То, что им кажется важным. Я не делал уточнения, что такое “важное”, а просто попросил выделить, что есть ценного в этой статье на их взгляд. Научная статья имеет чёткую структуру, пишется языком науки для тех, кто в этом разбирается, в статье обязательно уточняется, ради чего она написана, рассказывается о методах исследования, описываются характеристики группы испытуемых. В конце статьи всегда есть место для описания результатов и обсуждений; в общем, ключевая и второстепенная мысли относительно понятно сформулированы.

Когда студенты закончили работать со статьёй, я попросил вернуть их мне. Каждый выделил что-то своё, болезнь “детского конспекта” наблюдается и у студентов. Исключительно мутное представление о том, что главное, а что второстепенное. В этот момент я подумал, что, может быть, я делаю что-то не так. Поиск привёл к ещё одному удивительному открытию: человеку сложно найти главную и второстепенную идеи, потому что он не понимает, что это такое.

Не верите? Вернитесь к разделу “Научное обоснование важности подготовки к чтению”, перечитайте подраздел “Советская наука о понимании текста”. Таблица с уровнем интерпретации текста предстанет совсем в ином свете.

Выделяй (Select)

Поиск главной и второстепенной мысли в тексте — это не очень простое занятие, особенно при условии, что всего 22% читателей адекватно интерпретируют написанное. Но есть и хорошие новости: это абсолютно точно тренируемый навык. За мою практику мне не удалось встретить хотя бы один «гиблый» случай, когда школьник, студент или труженник умственного труда не смогли его освоить.

Выделить в книге или лекции что-то важное и оставить неважное, понять, что является фактом или мнением, а что примером, увидеть в стене слов аргумент и обоснование — крайне тонкое искусство компромисса. Это баланс, который новичкам сложно выдержать. Чрезмерное выделение создает необоснованный шум, недостаточное — не позволяет увидеть идею целиком. Правильно выбранное предложение, абзац или строка равнозначно тому, что найти в стене текста место, за которым спрятан золотой самородок. Выделения, которые аккумулируются в процессе чтения, являются ни чем иным, как тем же набором молотков, которыми мы, дальше читатель, забивает гвозди интеллектуального труда.

Новички страдают отсутствием чувства баланса. Те конспекты, которые я встречал, часто либо слишком шумные, избыточные, либо недостаточные, непонятна мысль. Требовательный читатель на интуитивном уровне понимает, что значит «достаточно». Наши выделения в книге, которые я попрошу вас сделать, когда закончите читать этот подраздел, являются ничем иным, как картой маршрута, который мы сами себе составляем для дальнейшей работы с идеями автора. Слишком много, и мы потерялись в несущественных деталях; слишком мало, и мы не можем понять, в каком направлении нам развивать идею. Умение выделять в книге крайне важный навык. Размечать книгу подобным образом необходимо с целью, которую читатель для себя поставил, когда формулировал ответ на вопрос «что я хочу узнать».

Если честно, то я не сторонник строгих категорий и критериев. Что можно считать основной мыслью, а что второстепенной? Кто, при каких обстоятельствах, решил, что какая-то часть текста становится основной, а иная — второстепенной? Мне больше по душе простые эвристики, которые понятны ребенку и легко воспроизводимы от жанра к жанру. Деловая, научно-популярная или художественная проза — если критерии, которые применяются для выделения идей, не переносятся из контекста в контекст, то это безосновательно путает читателя.

Подсказка того, что достойно внимания, а что нет, пришла из неожиданного места. Клод Шеннон, участник первой Дартмутской конференции и составитель манифеста, заложившего фундамент для будущих исследований в области искусственного интеллекта, предложил простую, но оригинальную классификацию полезности информации: сюрпризность. Чем больше сюрприза и удивления, тем больше информации. Я уже не помню, в какой работе вычитал эту идею, но мне она так понравилась, что начал «слушать себя» в процессе чтения, и если что-то вызывало удивление, то автоматически подчеркивал этот текст. В дальнейшем я расширил классификацию и добавил в нее еще два критерия: эмоция и полезность. Если что-то вызывает эмоцию, то оно достойно выделения, очень хорошо работает на художественных произведениях. Ну а полезность — прямое следствие ответа на вопрос «что я хочу узнать».

Человек — исключительно эмоциональное существо, а чтение является одним из источников эмоций. Любой текст способен удивить, вызвать эмоцию или оказаться полезным. Вместе эта комбинация встречается крайне редко, но бывает. В основном текст либо удивляет некоторой полезностью, либо удивляет, вызывая эмоцию. Если в тексте сходятся все три критерия, на мой взгляд, это сигнал того, что материал действительно уникальный. На моей практике книги, которые вобрали в себя сразу три критерия, большая редкость, их можно пересчитать на пальцах одной руки.

Тем не менее предлагаю остановиться на одном из критериев более детально. Эмоция или сюрприз достаточно «интимные» критерии. Одного удивит слово или идея, другого — цифра или статистика. Но вот что сохраняет свою универсальность — это полезность. Конечно, и она изменяется от читателя к читателю, но ее хотя бы можно каким-то образом охарактеризовать.

К сожалению, большинство книг не обладают этим качеством. Я сейчас возьму на себя смелость предположить, что такие книги, как «Суперобучение», «Первые 20 часов», «Атомные привычки», «Эссенциализм», «В работу с головой», крайне эмоциональные, в них относительно много сюрпризности, но мало полезности. Основная мысль при помощи недолгих манипуляций складывается в относительно небольшой текст. Возьмем для примера книгу «Атомные привычки»: как бы я не относился к автору, которого очень уважаю, но книга ему уже не принадлежит. Она наша, и идеи в этой книге принадлежат нам, читателям, которые вольны интерпретировать их как посчитают нужным.

Моя заметка по «Атомным привычкам» более тысячи семисот слов, в ней записаны способы аудита привычек, некоторые интересные мысли про выбор и решение, немного про создание системно ориентированных привычек. Однако это все около эмоциональное и сюрпризное. Идеи, которые требуют серьезной интерпретации и основательного обдумывания. Что по своему прекрасно, но это совсем иная работа, которая требует, чтобы у читателя имелся определенный набор навыков. Такой как, например, поиск дополнительной информации.

Небольшой пример: Клир, автор «Атомных привычек», пишет про какую-то «систему» вместо привычек, но не особо вдается в детали, что это такое и как ее «создавать». Мне потребовалось некоторое усилие, чтобы найти схожую идею в лекциях Навала Равиканта. А про идентичность, о которой Клир постоянно пишет в контексте устойчивости привычки, нет вообще. Несколько авторов представляют в книгах идею идентичности в контексте, близком им, а мне как читателю остается думать, как они друг с другом связаны и интерпретировать, экспериментировать, изменять.

[!activity] Практика выделений

  • Цель: научиться отделять главное от второстепенного.
  • Задача: выделить в главах “Главное и второстепенное” и “выделяй” идеи, которые кажутся читателю важными.
  • Критерии выделений: сюрпризность, удивление, полезность.

Перефразируй и запиши главную и несколько второстепенных идей ниже. Рекомендуемый объем перефразирование, не более 160 слов.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
.

Организация (Organize)

Организация – это не просто складирование чьих-то идей в папки в приложении цифрового гаджета, а структурирование высказанных авторами идей так, чтобы они имели максимальный смысл для читателя. Формулирование запроса, чтение и выделение информации являются первым и самым простым шагом в работе с идеями. Однако читателю еще предстоит пройти длинный путь от прочтения до понимания идеи и поиска способов ее применения в жизни.

Для этого идеи в книге необходимо представить в комфортном для восприятия формате. Интеллект карты, таблицы и другие графические формы помогут сконструировать смысл, имеющий отношение к читателю. Линейный текст, включая тот, который вы сейчас читаете, не самый оптимальный способ организации идей. В этом разделе я попробую представить читателю немного теории и продемонстрировать, как она работает на практике, а также попрошу читателя проделать аналогичную работу, но уже самостоятельно. Начну с самого важного, того, что значит быть конструктивистом.

Что значит быть конструктивистом

В 2019 году, когда я впервые оказался в школе в «приличной» компании учителей, некоторые называли меня конструктивистом. Но понять, что такое конструктивист, я смог значительно позднее. У меня достаточно специфическая манера преподавания: вместо готового ответа предпочитаю задавать вопросы. Я расспрашиваю учеников о природе возникновения феноменов. Если говорить в контексте английского языка, который я преподаю, то могу спросить, в чем разница между пассивным и активным залогом и направлять внимание детей к субъектности действия. Спрашиваю, кто что делает, и слежу за их реакцией. Могу попросить найти в предложении того, кто осуществляет действие.

Конструктивист – это тот, кто способен создать смысл, самостоятельно сделать вывод, сформировать собственное мнение о чем угодно, при условии, что у него есть материал для размышлений. По сути, конструктивист – это человек, который конструирует индивидуальное понимание идеи, буквально опираясь на чужое мнение. Фраза «подумай об автора» тут как нельзя кстати.

Конструктивист всегда вовлечен в мыслительную деятельность высокого порядка: наблюдение, рефлексию, экспериментирование, использование данных, полученных в результате экспериментов, и представление результатов своего мыслительного труда во внешних медиумах. И вот удивительное наблюдение: сконструировать смысл без мыслительного инструмента практически невозможно. В этой книге мы ограничимся скромным набором инструментов, сконцентрируемся на процессе организации идей и способах создания ситуации, при котором более глубокое понимание становится возможным.

Если читателю показалось, что в трех последних абзацах я немного пересказал смысл того, что значит быть “требовательным читателем”, то ему не показалось. Требовательный читатель по своей сути является конструктивистом, тем, кто может “одолжить” идею у автора и, при помощи определенных манипуляций, превратить ее в свою, наполнить смыслом, имеющим значение для него.

Линейный текст не самый оптимальный способ организации идей

Линейный текст – это стена, о которую бьется требовательный читатель в попытке понять смысл. С начальной школы нас учат потреблять сложную и системную информацию, путем чтения текста: набора букв, слов и целых предложений, написанных в монохромном пространстве бумаги и чернил. Редкий учитель объясняет, что потом делать с этим материалом. Линейный текст, самый удобный способ передачи идей, но не самый оптимальный для их организации.

Например, для написания этой главы я собрал более сотни своих заметок. Однако организовал я их не в виде ленты, а графически. Представьте, что на огромном столе или стене размещены в определенном порядке фрагменты мыслей. От одной к другой протянуты стрелки, связывающие их. Где-то между фрагментами расположены короткие комментарии. Все это образует логическую структуру будущего раздела, самого большого и, как мне кажется, важного раздела, закладывающего фундамент навыка “нечтения”.

Тем не менее способ передачи этих идей все тот же – линейный текст, который, в силу особенностей представления, не предоставляет удобные инструменты анализа сложного материала. Читатель часто оказывается в ситуации, когда приходится перечитывать и интерпретировать текст, что само по себе не так уж и плохо. Перечитывание помогает глубже понять идею, взглянуть на нее под разными углами. Однако это в очередной раз подтверждает мысль, что линейный текст не самый лучший способ анализа идей. От читателя требуются значительные силы, время и определенное умение размышлять. Вытащить и трансформировать идею из линейного текста – задача не из легких.

Понимая эту мысль, что линейный текст является сложным средством анализа, я стараюсь писать его таким образом, чтобы одна мысль была логичным следствием предыдущей. Однако часто материал в книгах, скорее эмоциональный, чем логичный, мои книги не лишены этого недостатка, что приводит к тому, что читателю сложно увидеть смысл в написанном.

Линейный текст – это иерархия идей, которую после прочтения можно и нужно разложить в виде карты, схемы, матрицы, таблицы или любым другим способом, который может позволить заглянуть в глубину, а не скользить по поверхности. Список элементов, который имеется в линейном тексте, включает шесть основных составляющих: утверждения или тезисы, связь между ними, свидетельства или доказательства, примеры, уточнения, логический вывод или предположения. Конечно, это далеко не все элементы, из которых складывается линейный текст, но именно эти шесть элементов используются для построения причинно-следственной связи авторами в своей аргументации.

Последний пункт, логический вывод или предположения, находятся в зоне ответственности читателя. Это его работа – прийти к выводу, а задача автора – путем организации тезисов, предоставления доказательств, уточнений и примеров, которые могут быть в виде притчи или описания жизненных ситуаций, подвести читателя к определенному заключению.

Самый большой недостаток и в то же время преимущество линейного текста заключается в том, что читателю необходимо постоянно искать связь тезисов друг с другом, делать различия между фактом, утверждением и мнением. Проверять доказательства, если необходимо, а также в особых случаях искать подтверждение разумности вывода в других источниках или эмпирическим путем, проводя эксперименты.

Второй не менее серьезный недостаток линейного текста максимально очевиден – скромные средства представления идей. Мы ограничены поверхностью бумаги и черно-белыми буквами. Хотя возможности печати значительно продвинулись с момента изобретения Гутенбергом печатного пресса, это глобально не изменило способы доставки идей через текст массовому пользователю. Все те же черно-белые буквы, иногда дополненные схемой, таблицей или графиком. Редкая книга может похвастаться цветной печатью или творческой организацией пространства страниц.

Заключительный недостаток линейного текста – это, простите, его линейность. Взаимосвязь тезисов, причины и следствий крайне сложно организовать линейно. Постоянно приходится что-то повторять, на что-то ссылаться. Именно поэтому мои любимые способы организации идей – это вложенные списки или интеллект-карты. Нелинейная структура позволяет по-другому взглянуть на идею, распознать направление движения мысли автора, его аргументацию, сохраняя фокус и ясность собственного мышления.

Тезисы, которые связывает автор в тексте – это как дерево. Единый ствол, который является основной мыслью, от которого отходят подтемы, указываются ссылки на исследования, приводятся примеры и обоснования. Чем-то напоминает грамматическую структуру предложения. К сожалению, не все писатели это осознают и мешают «именины» и «котлеты из конины» в одном предложении.

Способы организации идей

Метод организации идей имеет прямое отношение к тому, как читатель трансформирует мысль автора и какой персональный смысл сконструирует в итоге. Мой опыт подсказывает, что существует три наиболее распространенных способа организации идей: линейный, аутлайн или вложенные списки, и интеллект карты. Все они служат разным целям.

Линейный подходит для взаимодействия с большой аудиторией. Это инструмент автора, средство демонстрации собственной экспертности неограниченной группе читателей. Наиболее доступный и привычный, тот, которому читателя научили еще в начальной школе. Подавляющее большинство книг, статей, постов в социальных сетях написаны именно линейно. Читатель к нему привык и знает, как с таким текстом взаимодействовать: читаем сверху вниз и слева направо. Предложения разделены точками, а группы предложений образуют смысловые абзацы.

Аутлайн позволяет относительно просто организовать несколько идей. Это инструмент читателя, а не писателя, предоставляющий иерархически организовать мысли и идеи автора. Идеи, записанные аутлайном, легче вспоминаются, структура аутлайна предоставляет возможность для произвольного дополнения идей, комментированию их, добавлении примеров и обоснований. Сделать это достаточно легко с помощью встраивания «новых строк».

[!example] Пример того, какой аутлайн может получиться из абзаца выше:

  • Аутлайн — инструмент читателя.
    • Помогает организовывать идеи иерархически.
    • Благодаря структуре, идеи легче вспоминаются.
    • Относительно просто дополнить идею.
      • Проиллюстрировать примером.
        • читательский пример.
      • мысль, возникшая у читателя.
      • Обосновать связь элементов идеи.
        • читательский комментарий.
    • Достаточно добавить новую строку.

Однако для того, чтобы понять что-то действительно сложное, аутлайн, также как и линейный текст, не очень подходит. Читателю требуется взгляд с высока на идею. «Подняться» над текстом можно, если использовать графические способы представления идей, такие как таблицы, матрицы или интеллект карты. Мой излюбленный способ — это картирование интеллект картами или блоками. Когда в мешанине слов и понятий мы видим не только их, но и то, как это связано друг с другом. Самый очевидный плюс подобной организации в том, что он позволяет относительно просто увидеть взаимосвязь главных и второстепенных мыслей. Графическое представление идеи позволяет лучше, чем линейный текст, но хуже, чем аутлайн вспомнить ее. Идея, представленная графически, значительно легче, чем идея, написанная аутлайном или линейно, переносится из контекста в контекст.

Если вы скиммили этот раздел, вернитесь к началу нашего разговора о способах организации идей, прочитайте чуть медленнее обычного, подумайте, как одно связано с другим, а затем посмотрите на графическую схему раздела, которую составил я. Это не единственный способ организации, а лишь один из многих. Отправной точкой схемы стали не способы организации, а цель. После мне показалось важным указать на отличие целей автора и читателя, а уже затем представил способы организации, применительно к целям автора и читателя.

[!example] Пример графической организации раздела «Способы организации идей»:

Взглянув на схему, можно сделать ошибочный вывод, что автор не использует аутлайн или графические схемы, это будет неверным заключением. Автор также использует эти способы организации для конструирования смыслов, только он в этот момент превращается в требовательного читателя. Всякий автор становится читателем, но не всякий читатель — автором.

Небольшое практическое упражнение

Универсальных инструментов организации идей не существует. Я вновь обращусь к метафорам молотков и попрошу читателя проэкспериментировать с аутлайном и интеллект картами. Выберите раздел, рекомендую что-то из ранее прочитанного, посмотрите на то, какие фрагменты текста читатель выделил в первый раз, перечитайте их медленно и вдумчиво. Перепишите два-три фрагмента в виде аутлайна, а для других двух или трех составьте интеллект карту.

Продолжите читать и работать с книгой, через день вернитесь к интеллект карте и аутлайну, которые составили на предыдущем этапе, перечитайте только их и подумайте, к какому выводу подталкивает подобная организация идей. Сделайте об этом запись.

[!activity] Место под запись
.
.
.
.
.
.
.
.
.

Связывай (Associate)

[!Quote] Лягушка Басё
Старый пруд.
Прыгнула в воду лягушка.
Всплеск в тишине9.

Мацую Басё

Я не знаток поэзии, но простота хайку завораживает. В хайку Мацую Басё прекрасно всё: простота, глубина, форма. В нём нет места лишнему: девять слов, три строки создают магию. Добавь одно слово, да что там — слово, звук — и магия хайку рухнет.

Поэт, не важно в каком жанре он работает, не может позволить себе лишнего. Стих — это “выстрел”, смысл стихотворения — только то, что в нём сказано, не больше и не меньше. Коротко, емко, уместно, быстро, навсегда. Каждое слово имеет отношение к предыдущему, убери что-то и нет стихотворения.

Парой абзацев выше мы попробовали организовать мысль в виде некоторой схемы, что позволило посмотреть, как различные её части связаны друг с другом и какую роль играют в структуре текста. Предположим, что читатель успешно выделил ценную для него мысль, организовал её иерархически или графически. Скорее всего следующим его действием будет копирование результата этой работы куда-то в “надежное” место, где он думает, что эта мысль не потеряется. Это бесспорно верное решение, но скорее всего перенесённая идея пропадет в потоке других, одинаково полезных идей или читатель про неё забудет.

Так происходит в силу ограниченности нашей памяти, мы редко помним, что нам что-то нужно сделать или что мы что-то знаем, при отсутствии внешнего стимула. Мне в этот момент невольно вспоминается мем:

Отдельная идея, даже хорошо проработанная, лаконично изложенная и аккуратно написанная, не более чем одинокий телеграфный столб в степи. В ней, как и в столбе в степи, нет смысла, если не соединить с другими, такими же “столбами”. Пусть менее проработанными, читателю важно соединить новое со старым. Связь идей между собой ни что иное, как форма поэзии, и достичь баланса в этом деле также сложно, как и баланса при выделении в тексте.

К сожалению, тематика книги не позволяет исследовать феномен связи идей между собой в должной мере, это проблема, которую следует рассматривать в контексте написания и хранения идей. Процесс, когда читатель создаёт и наделяет смыслом собственную систему записей. Сейчас лишь ограничимся тем, что важно не просто выделить идею, организовать её иерархически или графически, но и связать её с чем-то, что нам хорошо известно; в противном случае, какой бы оригинальной идея не была, у неё одна судьба — забвение.

Связь идей друг с другом – это ни что иное как форма поэзии, точная, уместная. Без лишних, мешающих увидеть полную картину идей. Именно поэтому мой изначальный план, написать путь идеи от нахождения ее до нахождения ее места в своей системе записей претерпел изменение. Это отдельная область, требующая основательного исследования и на страницах этой книги она потеряется, потому что неуместна. Мы с читателем исследуем “нечтение”, а создание систем записей.

Управляй (Regulate)

Переписываю заметку под раздел следующую заметку: SOAR (Select, Organise, Associate, regulate)

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *