Отношение к чтению, которое превращает развлечение в образование

Экспромт хорошо получается, если к нему подготовиться.
– Тренерская мудрость.

Перед переходом к рассказу о том, что же такое скимминг, я бы хотел познакомить вас с тремя способами подготовки к чтению. Мне кажется, что даже если адаптировать отдельные элементы этих методик, можно значительно повысить глубину понимания текста.

Двумя главами ранее я утверждал, что развлекательное чтение является доминирующей моделью и что даже когда мы читаем, чтобы решить конкретную задачу, процесс скатывается в «развлечение». Это не происходит со всеми книгами, бесспорно, но с подавляющим большинством, и у этого есть причина. Мы не готовимся к процессу чтения; просто взять книгу и начать читать – это очень плохой подход. Чтению, как минимум, должны предшествовать несколько этапов: выбор книги, изучение автора и его жизни (не всегда, но желательно), чтение обзоров книжных блогеров и прочее, что касается книги.

Когда книга выбрана по любой из причин (посоветовали друзья, она была следующей в списке «прочитать», необходимо прочесть для зачета), просто взять и начать читать – плохое решение. Для чтения требуется определенный алгоритм. Тот, которым я учу своих детей, пользуюсь сам и рассказываю на курсах, начинается с четырех простых вопросов:

  1. Что это за книга?
  2. Что я знаю по теме книги?
  3. Что хочу узнать?
  4. Как это может быть мне полезным?

Эти вопросы являются сплавом из трех, хорошо известных, в основном ученым и исследователям, стратегий: SQ3R, KWL, SOAR. Об эффекте SQ3R на понимание мы читали в прошлой главе книги. У меня нет понимания, почему эти три техники не адаптировали в нашей читательской культуре и не используют в учебных заведениях. Смею предположить, что либо не придают этому значение, либо не понимают, как интегрировать в учебную программу. Хотя и существуют в школах проект «осмысленное чтение», в университетах – школы молодых ученых. Я попытался перевести аббревиатуры на русский язык, сохранив при этом суть, стоящую за каждой буквой. Получилось интересно:

  • Исследуй, Спрашивай, Читай, Обобщай, Повторяй (ИСЧОП).
  • Знать, Хотеть узнать, Узнать (ЗХУ).
  • Выделяй, Организовывай, Связывай, Проверяй себя (ВОСП).

Сильная сторона каждой из стратегий лежит в способности активировать прошлое знание. Как учитель, прежде чем начать новый урок, активирует материал с прошлого, так и эти стратегии работы с информацией помогают лучше понять новое через связь с имеющимся. Часто мы даже не осознаем, что мы знаем, а что нет. Наше знание «лежит» в уголках сознания и терпеливо ждет, пока мы его потревожим. Природа забывания весьма сложная и связана с феноменом забывания и трудностями извлечения того, что мы помним. Мне очень хочется сказать, что наш мозг ничего не забывает, но это на самом деле не так. Жизнь значительно сложнее, и события, которые с нами происходят, влияют на способность хранить и вспоминать информацию. Однако я убежден, что даже если мы что-то забыли, стратегии ИСЧОП, ЗХУ, ВОСП могут дать необходимый толчок мозгу, чтобы активировать как прошлое знание, так и мыслительный процесс в отношении изучаемого материала.

«Опыление» прошлым знанием – лишь один из этапов работы с текстом. Чтобы лучше понять идею автора, мы можем изучить его самого, время, в котором он творил, обстоятельства, при которых был опубликован материал. Мы к этому еще вернемся в следующих разделах книги, но уместно упомянуть, что не только обстоятельства и автор могут помочь в понимании, но и какое мнение об авторе и книге сформировалось в информационном поле. Оно необязательно «верное», какой бы смысл не закладывался в это слово, но достаточное, чтобы сделать вклад в формирующееся представление о его идеях и тексте, которым автор их сопроводил.

Идея не существует в отрыве от ситуационной модели, в которой взаимодействует множество элементов: среда, человек, технические средства, геополитические обстоятельства, экономические условия. На мой взгляд, невозможно учесть каждую деталь, поэтому пропустить «что-то важное» – это не вероятность, а определенность. Мы в любом случае при работе с информацией что-то пропустим. Зафиксировать в сознании каждую деталь невозможно, так же как и уследить за всем, что происходит с главным персонажем динамичного фильма. Попытка «увидеть» и узнать все не приведет ни к чему хорошему. Всего не учесть. Если попытаться это сделать, то суть может быть утеряна за ворохом несущественных деталей, я называю это информационной близорукостью. Когда в погоне за деталями теряется смысл, цель высокого порядка, намерение, которое стало причиной выбора источника информации, исчезает под шумом несущественных деталей.

Требовательный читатель, помимо всего прочего, держит в фокусе намерение, которое привело к информации, с которой осуществляется работа. Фокусирует и корректирует намерение «мудрое интервью»:

  1. Зачем вообще я взялся это читать?
  2. В чем смысл этого действия?

Вопросы, направленные внутрь, не только улучшают понимание текста, но и помогают понять текст быстрее. Восприятие материала крайне зависит от целей работы с ним: прикладная, просветительская или развлекательная. Чтение – это не цель, а действие, направленное на то, чтобы получить ответ на вопрос: для чего мы читаем? Двумя абзацами выше я сказал, что попытка узнать и понять каждую деталь приведет как минимум к растерянности, как максимум к полному непониманию того, что происходит. «Нечтение» происходит за пределами механики декодирования символов с поверхности, при связывании отдельных идей, рефлексии и попытке проверить то, о чем написано.

На мой взгляд, лучшая стратегия «нечтения» – это что-то быстро изучить и проверить, как это работает не на бумаге. Проверить можно двумя способами: объяснить кому-то, столкнуть с реальностью. Для объяснения не требуется аудитория; можно объяснить самому себе, записать на бумаге, в текстовом редакторе. После прочитать вслух, послушать себя со стороны. Однако я бы советовал найти хоть какую-то аудиторию, опубликовать свои находки в профильном сообществе, попросить об обратной связи или чтобы задали вопросы. Второй способ – столкнуть с реальностью, то есть проверить, как это работает. И тут, возможно впервые, можно увидеть пропасть между написанным знанием и деятельностью.

Бывает, что понимание действия или идей в реальности выглядит не так или вообще никак не работает, когда мы пытаемся применить знания в жизни. Это не повод бросить или укрепиться в убеждении, что «не работает». Подобная ситуация возникает в результате трех причин: действие осуществляется из ложных предпосылок, алгоритм неправильный, время идеи еще не наступило, она сырая. Моя практика подсказывает, что это три основные причины, когда идея не переносится из книжного контекста в практику.

Однако, если преодолеть трудности, адаптировать идею к своему опыту и среде, то вполне возможно, что новое заместит или дополнит старую практику. Изменение в практике неизбежно приведет к изменению в поведении, а это, скорее всего, к изменениям в среде, что, в свою очередь, приведет к чему-то новому, как правило, уместному и неожиданному.

«Нечтение» приводит к изменениям в поведении.

Стоики о том что значит “нечитать”

За несколько лет до написания этой книги я увлекся философией стоиков. Меня интересовало, как они смотрели на повседневные вещи, какие решения принимали и какой жизнью жили. Из “могучей” троицы: Аврелий, Сенека и Эпиктет, самым близким мне оказался Аврелий. Могу предположить, что мне импонирует его отношение к жизни2, деятельности и себе, которое показалось более утилитарным, чем у других стоиков. В том или ином виде я смог найти применение большинству практик из “Наедине с собой”1, кроме одной.

Позволю себе привести полную цитату из третьего раздела второй книги:

Созидаемое богами преисполнено промысла. Приписываемое случаю также возникает не без участия природы, то есть в связи с тем, над чем господствует промысел. Все проистекает из этого источника, в нем и неизбежное, и полезное всему миру, часть которого – ты. Для всякой части природы благо то, что производит природа Целого и что содействует ее поддержанию. Изменения как элементов, так и сложных тел способствуют поддержанию мира. Вот мысли, которые должны дать тебе удовлетворение, пусть они будут твоим основоположениями. Умерь жажду книжного знания, чтобы не роптать, когда придет смерть. Уходя из жизни, храни спокойствие духа, воздав богам искреннюю, сердечную благодарность.

Меня долгое время мучил вопрос, что Аврелий имел в виду под “умерить жажду книжного знания”. Работая над этой книгой, мне кажется, удалось найти ответ: лучше научиться “нечитать”, чем читать все подряд, не зная меры. До того как я приступил к работе над книгой, ключевым во фразе Аврелия было слово “знание”. Поэтому я жаждал знаний, читал множество книг, научных публикаций, слушал и смотрел интервью. Однако при этом не отдавал отчета, ради чего получаю знания или, как говорит Максим Дорофеев, “грею ушки на контенте”?

Немного подумав и декомпозировав3 цитату Аврелия, я пришел к одному удивительному открытию: эта фраза не про книги, знания или меру. А про навыки, наблюдение за миром, радость его простоте и принятие того, что есть. Как я дошел до этого вывода – тема отдельного большого раздела, а может быть и книги.

Навыки. Радость. Простота. Принятие

Мне кажется, что небольшое число из тех, кто читает регулярно, понимает, что такое практичность знания. На одном из занятий ученик переживал: вот, говорит, читаю много, с ручкой, как “правильный”, и никогда не возвращаюсь к отмеченному в тексте. Что дальше то с этим делать? У меня таких пометок сотни. То есть ученик старательно выделил значимые теоретические фрагменты в тексте, как нас учат в школе и университете работать с “мат частью”, но что с ними делать дальше не понимает. “Что делать?” – вполне закономерная реакция на результат чтения, когда отсутствует представление о том, какая практическая польза от прочитанного. Иными словами, “я изучаю информацию, чтобы что…?” Запоминать что-то? Бесполезная трата сил, только если от этого не зависит твоя работа, например, доктору нужно абсолютно точно помнить каждую деталь человеческого тела, чтобы не было беды. Но учителю, программисту или менеджеру зачем помнить? Он может подсмотреть, у него есть на это время. Марк Аврелий просьбой умерить книжное знание приглашал не отказаться от чтения, как это может показаться, а к экспериментам. Изучить то, о чем пишет автор, не только из напечатанного текста, а еще из собственного опыта. Изменить что-то, опираясь на новое знание. Для этого досконально изучать чего-то нет необходимости, только, повторюсь, если от ваших действий не зависит чья-то жизнь. Умерить жажду равнозначно действию, а не еще большему знанию.

Равнозначно действию через наблюдение за собой и средой, в которой оно осуществляется. Чьи-то идеи и мысли, написанные в книге или ином источнике, окно в сложное устройство мира, за которым читателю предлагает наблюдать автор. Требовательный читатель умеет это делать еще в процессе чтения. Он видит связь между теорией и практикой, как что-то может работать, а что нет, понимает, какие последствия могут возникнуть в результате деятельности. Одержимость “строгим” академическим знанием не только лишает малых, ежедневных радостей, но и заражает бездействием. Чтение – это не деятельность, а механический процесс декодирования символов с поверхностей. Чрезмерное увлечение теорией развивает практическую близорукость, которая не позволяет увидеть сложную связь, проявляющуюся между идеями, явлениями и процессами. Умерить жажду равнозначно наблюдению за деятельностью и исследованию ее результатов.

Иногда камень – это лишь камень, просто и сложно одновременно. Красота идеи часто находится в ее простоте, когда нет ничего лишнего. Дополнительные детали и элементы превращают что-то понятное в сложное и запутанное. Излишняя детализация создает шум, за которым не видно сути. Небольшая иллюстрация: в школе дети лучше понимают условия задания при меньшем наборе слов. То есть объяснение должно быть достаточным, но не избыточным. Дополнительные уточнения создают путаницу. Так и требовательный читатель знает меру в чтении, балансирует между пониманием и непониманием. Точка равновесия, без отравления избыточной информацией, позволяет радоваться жизни и наслаждаться простой истине. Умерить жажду равнозначно отсутствию необходимости усложнять там, где это не нужно.

Равновесное состояние прекрасно, поняв достаточно, чтобы действовать, исчезает необходимость “впихивать” в себя дополнительные строки чьей-то мудрости, читать “еще одну книгу, статью”. Желание интеллектуально “саморазвиться” более не доминирует над другими аспектами жизни, такими как компания друзей, приятный ужин с семьей, безвозмездная помощь нуждающемуся. Унять жажду знаний равнозначно принятию того, что есть, без чрезмерного потребления контента. Голод до знаний, конечно, должен присутствовать, но едва уловимый, как после вкусного, но не плотного ужина в хорошем ресторане.

Тестируй. Узнавай. Тестируй. Изменяйся. (Т.У.Т.И.)

Если сделать какие-то выводы из всего сказанного выше, то одним из них будет: чтобы понять, необходимо действовать. Далее мне интересно порассуждать о вреде чрезмерного потребления контента, а на помощь позову Насима Талеба, который среди прочих умных людей рассуждал об избыточности академического знания. Например, в “Антихрупкости”4, в главе 13 “Учить птиц летать” он размышляет, что экспериментирование выигрывает у чрезмерной академичности. Считаю уместным рекомендовать требовательному читателю ознакомиться с тринадцатой главой “Антихрупкости”. То есть буквально, закрыть эту книгу, открыть “Антихрупкость” и прочесть неспешно 13 главу.

Прочитали? Предлагаю вместе посмотреть на его мысль в более вольном, а возможно и глубоком изложении.

Акроним Т.У.Т.И. эффектно подчеркивает суть идеи Талеба: открытия не рождаются из теории (узнавай), цикл открытия начинается с экспериментирования (тестируй). Если перенести этот принцип на работу с информацией, то идеи, особенно новые, не рождаются от чрезмерного поглощения контента, а напротив, умирают. На мой взгляд, эксперимент является началом всякой идеи, даже, как мы увидим в дальнейшем, мысленный.

Цикл рождения идеи сложный, а часто не очень понятный процесс, достаточно вспомнить, как появились самоклеящиеся заметки или пенициллин. Кто-то что-то случайно сделал и появилась технология, лекарство, новый методический подход. Появление технологии, рождение оригинальной идеи тривиальны ретроспективно, но не перспективно. Выражаясь проще, “задним умом мы все умные”.

“Нечтение” – это про экспериментирование и манипуляции с идеями, о которых пишет автор.

Даже фантастически хорошие идеи крайне требовательны к тому, кто о них говорит. Часто изобретение или идея непонятна даже тому, кто ее придумал. История полна случаев, когда что-то оригинальное оказывалось не ко времени. То есть не применимо в моменте. Это может быть по ряду причин: не продумана в полной мере, отсутствует техническая база или общество к ней не готово. Слова, при помощи которых идеи выражены на бумаге, и способы применения в жизни – это два разных процесса. То, что один написал, практически всегда не универсально и вряд ли применимо за рамками контекста, в котором автор о ней говорит. Возьмем для примера эту книгу, все то, о чем я говорил до этой строки, не применимо к чтению художественной прозы и изучению трудов по философии. “Нечитать” Достоевского, Чехова, Маркеса нельзя. Точно так же Витгенштейн писал “Философские исследования” таким образом, чтобы их читали медленно.

Чрезмерный академизм

Со школы мы привыкли, если написано в книге, значит правда. Автор – авторитет, его можно слушать и учиться у него. Это отношение к так называемому академическому знанию, которое можно оценить. Часто те кто учатся работать с информацией, сталкиваются с серьезным сопротивлением. У этого есть причина. В школе нас приучили читать медленно и все что написано. Привычка читать все, создает иллюзию, что если не прочитано от корки до корки, не изучено каждое слово, то за это поставят неудовлетворительную оценку, но мы более не в школе. Нет нужды читать каждую букву, хотя бы потому что написанное редко применимо в том виде в котором написал автор.

Кодифицированное, объяснимое, академичное, рациональное, формализованное и доказуемое на бумаге знание отличается от адаптированного под жизненные ситуации практики. Жизнь несколько сложнее, чем об этом пишут “ученые мужи”. Чем проще и очевиднее идея, тем менее изощреннее применение. Иногда камень – это лишь камень и ничего больше. Дорогой читатель ведь это помнит?

И вот, для того чтобы понять, камень это или нет (применима ли идея или нет), нам нужно его пнуть, ну или толкнуть аккуратно. Всякая идея, как живой организм, отвечает на внешнее воздействие. Если пнуть камень, то от пинка моментально будет обратная связь в виде боли в ноге. Я не представляю, как можно что-то понять, если про это прочесть, даже если изучить досконально. Дело в том, со школьной парты нас убеждают в правильности последовательности “Наука → прикладная наука и технология → практика”, все мы помним пословицу “семь раз отмерь, один раз отрежь”. Однако это не совсем так. Чтобы проиллюстрировать эту мысль, я обращусь к труду по философии, написанному Фрэнком Джексоном в 1982 году, “Чего Мария не знала”, и мысленному эксперименту, который он спроектировал “Комната Марии”5.

Комната Марии

Мы не будем с читателем вдаваться в длинные и абстрактные философские дискуссии, вместо этого попробуем смоделировать ситуацию и перенести ее из условно философского контекста в бытовой. Девушка Мария заключена в черно-белую комнату, она получает образование о мире путем чтения черно-белых книг, смотрит лекции на черно-белых мониторах. Подобным образом она изучает все то, что можно изучить о мире: факты, события, физику, химию, нейропсихологию и нейрофизиологию. Мария изучает все, что так или иначе может пригодиться в жизни, от того как происходит взаимодействие между людьми и их функциональных ролей, до государственных органов управления и устройства государства. Предположим, Мария в какой-то момент покинула черно-белую комнату или ее монитор превратился в цветной, и она увидела что-то красное или зеленое. В какой момент она познает, что такое “красный” или “зеленый”? Когда изучила все, что можно об этих цветах из научных трудов, или в момент, когда увидела?

Мне кажется, образование – это крайне сложный процесс, и если Мария изучала устройство мира в черно-белой комнате ради просвещения, а не практического применения, то вполне нормально узнавать о мире из текста. Однако Джексон выдвинул иное предположение: неважно, насколько богатое воображение, невозможно представить, что значит увидеть “красное” или “зеленое”, до того момента, как ты эти цвета увидел. Понимание всех свойств цвета недостаточно, чтобы иметь представление о нем. Какой бы логичной и изобретательной Мария ни была, этого будет недостаточно для заполнения пустоты, в которой должен быть личный опыт. Когда Мария покинула свою черно-белую комнату, она приобрела новый опыт, назовем это “опыт цвета”, которого у нее ранее не было. Она испытала на себе, что значит глазу увидеть не оттенок серого, а отличный от него спектр. До того как увидеть “красный” и “зеленый”, она не обладала опытом распознавания цвета, даже если знала все, что можно было знать о них.

Удивительно, но до того как Мария увидит красный помидор или зеленое яблоко, она представить не может, насколько ущербно ее понимание перед человеком, у которого уже имеется этот опыт наблюдения за помидором или яблоком. Даже если у него отсутствуют глубокие академические знания о цвете, он все равно будет понимать что такое зеленое яблоко лучше, чем Мария.

Теперь мы представим человека, который усердно изучает что-то, предположим, то, как “нечитать” книги. Этот человек знает все, что можно знать о фонетике, морфологии, синтаксисе, пунктуации и грамматике, но умеет ли он “нечитать” в том смысле, в котором мы говорили до сего момента? Наука “нечтения” скрывается от читателя, до того момента, пока отсутствует экспериментирование с теми идеями, которые написаны в книге, то есть пока чтец не начнет пробовать что-то сделать и не уймет жажду знания. Без экспериментирования любое знание бесполезно, тестирование превращает “книжное” знание в практическое. Когда Мария покидает черно-белую комнату, а читатель пробует “нечитать”, они приобретают опыт “как делать”, а не только знание, “что делать”.

Цикл развития идеи

Мне показалось, что Талеб, вслед за Джексоном, считает, что идеи, изобретения и открытия имеют отличный от “Наука → прикладная наука и технология → практика” цикл. Традиционное образование, к которому привыкают дети с начальной школы, воспитывает “академиков”, а не изобретателей. Я, в какой-то мере, разделяю мнение Кена Робинсона, что цель классического образования – взращивать старших и младших научных сотрудников, профессоров и академиков, которые живут и действуют в теоретическом мире6. Конечно, теория найдет применение на практике, но это длинный путь, он обязательно нужен, но далеко не во всем. Как Мария изучает “зеленый”, мы можем изучать что угодно, однако для понимания, что это такое, нам необходим личный опыт. Какой бы оригинальной теория ни была, без практического воплощения – она бессмысленна. По мнению Талеба, истинный цикл развития идеи, открытия чего-то нового или создания технологии выглядит так: экспериментирование → технология → практика → экспериментирование (снова).

Идеи прорастают не между страниц книги, а в некотором физическом пространстве, которое требует иного подхода к работе с информацией. Неуемное чтение – дорога, ведущая к бесконечному исследованию, к пониманию “что делать”, а вот “нечтение” поможет быстрее понять “как делать”. Развлекательное чтение превращается в образовательное в момент экспериментирования с явлением, когда мы сознательно манипулируем идеями, совмещаем и разъединяем концепции, тестируем что получилось, узнаем что работает, а что нет, исправляемся, снова тестируем и изменяемся в процессе.

Притча про Петра Леонидовича Капицу

Многим эта история покажется знакомой по схожему с ней анекдоту, однако бытует миф, что она про Петра Леонидовича Капицу, выдающегося физика-экспериментатора. В истории ниже прекрасно все, от начала до финала, но главное она показательная в свете вышесказанных размышлений.

Петр Леонидович значительную часть своей карьеры провел в Европе, проводя исследования в лаборатории Резерфорда. Именно в Европе, произошел случай с молотком.

Один владелец фабрики был крайне обеспокоен состоянием парового генератора, который обеспечивал светом и энергией его предприятие. Однажды генератор начал вибрировать, представляя собой проблему, которую не удавалось устранить признанным экспертам, несмотря на все усилия.

Завод не мог функционировать на полную мощность, владелец нес убытки. В какой-то момент к нему в офис зашел человек в голубом комбинезоне с набором молотков, предложивший свои услуги по ремонту генератор. Фабрикант, скептически отнесся к его предложению, указав на безуспешные попытки многочисленных высококлассных специалистов решить проблему, и сомневался в успехе, учитывая скромный набор инструментов незнакомца.

Несмотря на это, в отчаянии он решил дать шанс “мужику в комбинезоне” и повел его к генератору, от которого в разные части завода исходили множество труб. После получения разрешения приступить к работе, человек в голубом комбинезоне достал из сумки маленький резиновый молоток и начал методично осматривать машину, аккуратно простукивая ее части.

После десятиминутного осмотра, он обратился к набору своих “инструментов” и выбрал молоток нужного размера. Точный удар в одно из соединений труб мгновенно решил проблему вибрации. Владелец фабрики был поражен и восхищен мастерством и попросил счета.

Однако, когда счет пришел, тот был шокирован суммой, которая значительно превышала его ожидания, особенно учитывая, что работа заняла всего десять минут и один удар молотком. После запроса детализации счета, фабриканту было отправлено объяснение:

  • 1 фунт за обследование.
  • 9999 фунтов за знание, куда стукнуть молотком.
  • Итог 10 000 фунтов.

Необходимое предупреждение

Я хочу предостеречь, читателей этой книги от бездумного экспериментирования. Изучение обязательно предшествует деятельности. “Стучать молотком” по чему попало – опасная практика, чтобы стукнуть, нужно подготовиться, точно также “нечтение” требует подготовки, для этого у нас есть целых три подхода, о которых и пойдет речь в следующем разделе.

  • Исследуй, Спрашивай, Читай, Обобщай, Повторяй (ИСЧОП).
  • Знать, Хотеть узнать, Узнать (ЗХУ).
  • Выделяй, Организовывай, Связывай, Проверяй себя (ВОСП).

Сноски и литература

1. 1. Аврелий М. Наедине с собой / М. Аврелий, АСТ, 2021. 192 c.
2. [СНОСКА]: В одном из западных изданий, комментарии к “Наедине с собой” составил Грегори Хейс, и вот одна из мыслей, которую он выразил в отношении философии Стоиков: “Человек похож на собаку, привязанную к движущейся повозке. Если собака откажется бежать вместе с повозкой, ее поволокут силой, тем не менее выбор бежать или нет остаётся за ней.”
3. [СНОСКА]: На то как декомпозировать идеи мы посмотрим в следующей части книги, про картирование знаний.
4. 1. Талеб Н. Антихрупкость. Как извлечь выгоду из хаоса / Н. Талеб, КоЛибри, 2022. 768 c.
5. 1. Jackson F. What Mary Didn’t Know // The Journal of Philosophy. 1986. № 5 (83). C. 291–295.
6. 1. Кен Робинсон: Как школы подавляют творчество // 2007.