От мутного к четкому. История про лунный модуль

Когда речь заходит о степени конкретности действия или необходимости честно ответить что делать, куда бежать и как долго это должно продолжаться, чаще чем нет сталкиваемся с непониманием что же на самом деле делать.

Пару недель назад повезло вписаться в движуху Максима Дорофеева, где с участниками разбираемся в логических инструментах, формулировках, причинно-следственных связях. После первой встречи возникло озарение. Сложно описать важность наличия глагола в утверждении. Никогда не обращал внимание, что лингвистам это очевидно, а вот не лингвистам – это концепция чаще чужда чем понятна. То же самое касается и негативных утверждений1. Например, взять высказывание “Увеличу доход в два раза”, конкретно и не требует никаких уточнений. Чуть менее конкретно, “Возможно будет меньше бесячих факапов”, фраза явно требует уточнения. Или совсем мутненько, “будут чаще типовые задачи”.

Если посмотреть на структуру выражений, то в двух последних отсутствуют глаголы действия или описания. И вроде в этом нет никаких проблем, вроде все понятно, но нихрена не ясно что с этими утверждениями делать. И это нормально, таким языком общается большая часть человечества. Не самая плохая часть, к слову сказать. Это такая длинная подводка к истории, которую сегодня рассказал Максу, про лунный модуль и битву за космос между СССР и США.

Когда Гагарин вышел на орбиту земли, США поняли, что безвозвратно проиграли в орбитальной песочнице. Собрали аналитический центр2, которому поставили задачу, обогнать СССР. Что только те не придумывали, наша страна всегда обходила. Но однажды к Кеннеди пригласили Фон Брауна^3. Изобретатель реактивного двигателя с порога заявил, что бесполезная эта затея, гнаться за русскими. Они безвозвратно оторвались. Имеет смысл побеждать их там, где еще нет компетенция ни у одной из наций. На луне. На тот момент и США и СССР имели в разработке программу, результатом которой должен был стать полет на космическом аппарате вокруг орбиты луны. Но Фон Браун пошел дальше. Мы не отправим двух космонавтов вокруг орбиты, а подсадим двоих на луну.

Все мы знаем результат той гонки, за 7 лет США, силой мысли придумали, микроволновые печи, ДВД диски, оборудование пожарной охраны, солнечные панели, компьютер и язык программирования^4. Последние два изобретения особо интересны, компьютер тогда был прямо скажем “маловат”^6, но с задачей свой справился, а задача была простая по сути, но сложная в исполнении. Этому малышу на борту лунного модуля отводилась крайне важная функция, осуществить расчет для отстыковки, посадки, взлета, стыковки модуля с кораблем носителем. Математически человек это может сделать, но слишком долго и велика вероятность ошибки. Нужен “продвинутый калькулятор”, клавиатур нет, привычных людям 21 века интерфейсов тоже. Натурально это был калькулятор:

Интерфейс управления лунного модуля

Если у кого-то возник вопрос, как на такой балалайке можно было осуществлять сложные расчеты в условиях невесомости, вы не одиноки. Попробуйте подумать, пару минут и продолжить чтение, как придумаете. Ответ будет ниже.

ДОДУМАЛИСЬ? Внимание ответ!


На помощь лучшим умам того времени пришли лингвисты, они придумали простую схему ^8. Необходимо действие и объект. То есть сказуемое и подлежащее, очевидно это не должно быть, что-то требующее дополнительной интерпретации. Лингвисты вшили в компьютер набор команд, описывающих категории действий с объектами. Лунный модуль – 1, отстыковаться – 2. Команда 1 ввод + 2 ввод, означает отсоединить ЛМ от корабля. 1 ввод + 12 ввод, посадить ЛМ на луну, ну и так далее. Ученые сказали, что это не научно, военные, что не серьезно, а лингвисты посадили людей на луну.

В условиях ограничений нет места лишним словам. Лишний символ в космосе это разница между жизнью и смертью. Не стоить добавлять прилагательных, обстоятельства места, времени, описывать личные ощущения. Для этого существуют другие медиумы9. В космосе как в Якутии в туалете на -50, коротко, строго и по делу. Такая длительная и показательная история это подводка к важности глаголов в формулировках причинно-следственных связей.

Чтобы коммуникация из “хрен проссышь” перешла в “от винта”, убираем лишнее, добавляем глаголы действия. Однако стоит помнить, что не все глаголы одинаково хороши. Существуют такие, которые требуют дополнительной интерпретации, что в общем и целом не так плохо, однако они меняют степень помутнения, крайне быстро и эффективно. “Буду иногда высказывать чушь на публике”, менее понятно чем “Скажу глупость на совещании/в компании” или еще лучше “Выражусь абстрактно перед руководством”.

Баловался с уровнями абстрактности

Говорить в целом сложно, а просто и понятно еще сложнее. Мутные высказывания – удел политиков и прочих персонажей, чья цель запутать аудиторию.

Действие + агент действия + объект действия. Если какой-то элемент отсутствует, увеличивается степень мутности высказывания.


BIO

Keywords:

Related:

Reference:

1. Как-нибудь поговорю почему начинать утверждение с “если не …, то ….” или “если …, то не …”, хуже чем плохой тон. Но не сегодня.
2. Think tank
4. Apollo’s software derived from the basic design of the Mars mission. Designer Hugh-Blair Smith created a language called «Basic», a low-level assmelby language of about forty instructions (distince from the hgigh-level BASIC programming language developed at Dartmouth at about the same time). On top of BASIC was «Interpreter,» brainchild of Hal Laning, a language that was really a collection of routines to do the higher-level mathematical functions associated with gudance and control, in the high precision data format.
6. «The on-board Apollo Guidance Computer (AGC) was about 1 cubic foot with 2K of 16-bit RAM and 36K of hard-wired core-rope memory with copper wires threaded or not threaded through tiny magnetic cores. The 16-bit words were generally 14 bits of data (or two op-codes), 1 sign bit, and 1 parity bit. The cycle time was 11.7 micro-seconds. Programming was done in assembly language and in an interpretive language, in reverse Polish.«
9. [[Чем выше риск тем жестче коммуникация]]